Выбор, на самом деле, спорный.

Я ожидал, что под конец рассказа она выдаст мне задание на выручку девушки, но… оказалось, что нет. Похоже, разработчики посчитали, что раскрытие роли старухи в этой истории — достаточно для завершения квеста.

Вы завершили задание «Испытание Силы Света».

Вы достигли нового уровня.

Честно говоря, такое окончание испытания оставило довольно мерзкое послевкусие. Я хорошо помнил ужас на кукольном личике девушки-призрака…

О Всеотец, да что с тобой такое, Джо? Когда тебя волновали другие?

Я мрачно сплюнул, небезосновательно подозревая в такой, не пойми откуда взявшейся вспышке сострадания, светлую натуру моего аватара.

— Вот такие дела, милок… — закончила, наконец, свои причитания старуха. — Судьба околдовала ее и ни одному смертному не под силу снять сии чары. Растрогал ты старую Солей, путник… ох растрогал… Ты выполнил мое задание, а теперь пришла пора мне выполнить мою часть уговора. Давай руку.

На мгновение она запнулась, а потом, протянув костлявые руки, взяла в них мою ладонь. Вопреки ожиданию, ее прикосновения не были противны.

— Я вижу, вижу… — Блеклые глаза старухи затуманились, длинные костлявые пальца заскользили вдоль линий на моей ладони. Они вдруг стали очень горячи. Горячи настолько, что проникли, кажется, в само мое нутро, легкими прикосновениями исследуя и препарируя его содержимое.

— Эй! А ну-ка прекрати!

Я хотел было выдернуть ладонь из ее рук, но хватка старой карги вдруг сделалась поистине стальной.

— Твой путь темен, путник. И в конце него я вижу забвение…

Р-р-р!

Я напряг все силы и таки выдернул руки из ее цепкой пальцев. Выругался и с прищуром посмотрел на старую суку. Она все еще находилась в трансе. Концентрация магии Судьбы в этот момент стала просто запредельно. Сейчас даже я мог быть провидцем.

— Это пророчество не для меня, старуха. Оно твое. Что касается девчушки, так получилось, что я не отношусь к смертным… — на мгновение я материализовал на ладони взятое из чрева дохлой туши монстра, к коей был прикован дух девушки, кольцо. — Посмотрим, что я смогу сделать.

— В тебе немного Света, милок… но он и не нужен, чтобы творить добро, — сказала бабка вместо прощания.

Я же снова сплюнул и зашагал по направлению к Храму Света.

Все утро небо хмурилось, а временами и просыпалось моросящим дождиком. Но к полудню облака неожиданно разошлись, открыв миру веселое солнышко. Настроение у меня было подстать погоде. Чем дальше я уходил от Недарна, тем все быстрее тучи на душе разглаживались и ночная нервотрепка отступала.

Поразительно, насколько я стал зависим от всяческих смертных чувств! Чувств, кои я ранее старательно вымывал из своей души.

Разговор с Хареном не был долгим. Старикашка был явно озабочен своими делами и, грузанув меня тонной пафоса, вручил метку с профой. Осталось лишь ее распечатать и я стал полноценным Подмастерьем Светлого Мага!

Дорога легко стелилась под ноги, и я сам не заметил, как достиг искомого поворота к заброшенной усадьбе, близ которой недавно развернулась, должно быть, самая жестокая битва в этих краях за незнамо сколько времени. Еще немного и вот и поле боя.

Ох ты ж…

Концентрация магии здесь зашкаливала. Свет, Время, Судьба, Стихийные Начала… и Тьма. Сила, кою очень трудно отыскать на просторах Галада.

Пойдя буквально на запах за флюидами моей родной стихии, я с наслаждением прильнул к месту, где магичили два северных чародея.

О Всеотец…

Даже это послевкусие от творившейся здесь черной магии было воистину глотком свежего воздуха! Я задышал полной грудью, стремясь насытиться ей, как можно сильнее, но почти сразу пал на землю и закашлялся. Светлое Начало аватара тут же вступило в конфликт с магией Тьмы.

Сугор, сука!

Прошло не менее пяти минут, прежде чем сумбур в нутре успокоился, и я смог подняться. Увы, тьма в этом мире для меня опаснее Света. По крайней мере, пока.

В подвал полуразрушенной усадьбы, где оставил раненного орка, я заходил под полным баффом, с мечом и жезлом в руках и с ожиданием буквально чего угодно. Да, я оставил бессознательного пленника в двимерите, но мало ли что.

Он был здесь и был в сознании. Мрачной горой, прикрыв глаза, орк сидел, прислонившись к стене, и будто бы спал. Но едва я вошел в помещение, как он открыл глаза. В струящемся из прорех в полу первого этажа свете, я не мог рассмотреть их цвет, но, вопреки ожиданию, в них не было злобы и ярости. Скорее интерес.