— Угу, с двойным сыром и ананасами, — я потираю ладошки, а Диана громко смеется.

— На нас смотрят как на сумасшедших, — шепчет мне подруга, намекая на прислугу.

— Пойдем есть в мою комнату, чтобы здесь ни у кого сердечный приступ не случился, — шепчу в ответ, и мы снова громко смеемся.

Ди делает заказ, называет адрес, и мы направляемся в мою комнату. Перед этим я прошу Галину Петровну забрать заказ, когда курьер будет на месте.

Я стараюсь не показывать подруге свое настроение. После того как машина Айдарова отъехала от дома, мне стало так тоскливо, захотелось тут же набрать его номер и сказать, что я готова сидеть в номере отеля и ждать его до ночи. Останавливало только то, что я понимаю, что он поехал по работе. Возможно, ему действительно будет не до меня, а я буду скучать, злиться и в то время, когда он будет приходить в номер вместо того, чтобы хорошо провести время, мы будем ссориться. Потому что как бы я ни обещала молча его ждать, я буду злиться на него, он будет это видеть… Так что да, Рустам прав, в поездке мне будет в разы хуже, чем дома.

Ди уже в который раз за сегодня смотрит на телефон, и она явно ожидает не звонка курьера.

— Что-то не так? — Я аккуратно начинаю прощупывать почву.

— А… что? — Подруга тут же отрывается от телефона и смотрит на меня потерянным взглядом.

— Ты сегодня телефон гипнотизируешь взглядом целый день…

Тонко намекаю на то, что я заметила.

— Да отец должен был позвонить, — Ди отмахивается, а я вижу, что она что-то недоговаривает.

— Договаривались провести вместе время? — Знаю, что у подруги очень близкие отношения с родителями. Чего не скажешь о ее отношениях со старшим братом. С Денисом Диана не ладит с самого детства. У них постоянно идет борьба за внимание родителей. А сейчас, когда Денис еще и достиг того возраста, когда стоит входить в семейное дело, то отношения у них с Ди вообще испортились.

Ди закусывает губу, несколько секунд на меня смотрит молча, а после вздыхает, как будто устала держать все в себе.

— Что-то не так, Лиз, — выдает поникшим голосом, — не могу объяснить… Но происходит что-то странное. Что отец, что брат ведут себя очень странно. Стали поздно возвращаться домой. Отец постоянно какой-то на нервах. Брат вообще как с цепи сорвался. Ни с одним из них нельзя нормально поговорить. И твердят одно и тоже. Все хорошо.

— Может проблемы с бизнесом? Вы же только вернулись… Твой отец только начинает все налаживать…

Я понимаю, что мало чем могу успокоить подругу в этой ситуации. Я сама стараюсь не лезть в дела Айдарова и не задавать лишние вопросы. Меньше знаешь — лучше спишь.

— Это меня и беспокоит. Я…

Ди опускает взгляд в пол, а после резко оглядывается по сторонам, как будто нас могут подслушать.

— Я подслушала, когда отец ругался с Денисом. Он говорил о том, что мы сюда вернулись на определенных условиях и не стоит нарушать договор. А брат кричал, что если они не нарушат договор, то нашу семью просто сотрут.

От слов подруги по коже пробегает холодок.

— Что значит сотрут? — у меня голос даже дрожать начинает. Все это очень страшно и не к добру.

— Мне кажется тот человек, из-за которого мы уехали из страны… опять начал угрожать отцу. Наверное, ему не понравилось, что мы сюда вернулись не с его разрешения, а через другого человека.

Обнимаю себя за плечи и сажусь на кровать к подруге. Она же опять говорит о том человеке? Который, по ее словам, имеет больше власти чем Айдаров? Тот, кого Айдаров просил о помощи Ди и ее семье…

— Но ты сама говорила, что человека, который вам помог, бояться даже те ублюдки, что вам угрожали…

— Тебе что-то говорит фамилия Юсупов? — Подруга впивается в меня взглядом.

— Нет, я…

— Твой муж никогда о нем не упоминал? Ратмир Юсупов… Это он помог. Это я тоже подслушала.

— Нет, — я отрицательно качаю головой.

— Мне кажется отец упустил тот шанс, что нам дали.

Ди говорит серьезным тоном. Смотрит в одну точку.

— Почему? Ты ведь могла подслушать только куски из диалогов. Вырванные из контекстов и сейчас себя накручиваешь.

Я стараюсь успокоить подругу. Хотя прекрасно понимаю направление ее мыслей. Если им начал угрожать тот ублюдок, из-за которого они уехали, значит ему нечего бояться? Значит их семья уже не находится под защитой Юсупова?

— Мне страшно, — сейчас Ди выглядит совершенно не такой, какой я привыкла ее видеть. Она напугана.

— Я могу спросить у Айдарова…

— Нет, не нужно, не стоит усугублять проблему. Если отец оступился, и мы лишились покровительства того человека, второй шанс никто не даст. Тем более, твоему мужу не понравится, что ты лезешь в такие вопросы. Ни ты ни я не должны быть в курсе.

Я сейчас понимаю подругу как никто другой. Не так давно я была в такой же ситуации. Обнимаю ее и притягиваю к себе.

— Все будет хорошо, — шепчу и сама не верю в свои слова.

Утром я встаю очень рано. Сегодня прилетает Айдаров и я выпытала у него время прилета рейса чуть ли не до секунды. Рустам без лишних мыслей все мне рассказал, даже не подозревая, что я задумала.

За эти несколько дней я ужасно соскучилась по мужу. Мне кажется, что я становлюсь от него зависимой с каждой секундой все больше. Эти три дня были для меня как самая настоящая пытка. Я не могла найти себе места и жутко скучала по мужчине. Конечно, Ди помогала отвлечься и еще учеба, подготовка к экзаменам. Тяжелее всего было ночью, когда я ложилась в постель. И вот здесь меня настигали мысли об Айдарове. Каждую ночь хотелось ему позвонить и попросить приехать или забрать меня к нему. К третьему дню я начала понимать, что становлюсь вредным и капризным ребенком, который готов ныть "дай" и ему плевать на последствия.