Смс с адресом приходит через минуту.

Быстро собираюсь и вызываю такси.

***

До дома Димы доезжаем минут за десять. Выскакиваю из такси и лечу к нему. Сердце так колотиться и очень волнуюсь от чего-то. Поднимаюсь на первый этаж и звоню в звонок.

— Открыто — очень глухо с той стороны.

Странно, но толкаю дверь, и она поддаётся.

— Дим — это я — кричу ему, так как в коридоре его не видно.

— Я в зале, проходи — говорит он.

— Хорошо — отвечаю.

Почему он не вышел, ему плохо?

Стараюсь быстрее раздеться и прохожу в зал.

В зале приглушённый свет, включен телевизор. Дима лежит на диване.

Он очень расстроен, на нём лица нет.

— Привет — подхожу к нему. Ставлю пирог на журнальный стол. Присаживаюсь на диван рядом с ним.

— Привет — он присаживается на диване.

Замечаю, что у него блестят глаза и руки подрагивают. Да, что случилось-то?

— Иди сюда — обнимаю его, притягиваю к себе.

Он рвано выдыхает и прижимается сильнее. Ощущаю его дрожь под пальцами.

Обнимаю крепче и целую в висок.

— Я с тобою, солнышко — тихонько глажу по голове и спине — я рядом — тихонько укачиваю.

Через некоторое время он успокаивается и отстраняется.

— Спасибо — сжимает моипальцы в своих.

— Может, расскажешь?

Он кисло улыбается. Молчит некоторое время.

— Знаешь я, наверное, дурак, но думал, что все эти судороги в ногах, боль означали, что возможно, возможно они будут работать. Но сегодня Виктор сделал несколько тестов, по результатам которых никакого прогресса нет.

— Тестов?

— Ну да, воздействие холодом, иглами и так далее.

Перевожу взгляд на его ноги и замечаю синяки в некоторых местах и следы от проколов.

— Но ничего, понимаешь — его голос сорвался.

— Может ещё рано. Ведь прошёл всего месяц.

Он мотает головой.

— Я не встану больше, Лин.

Он до сих пор надеялся?

Обнимаю его, прижимаю к себе. Он рвано выдыхает. Так хочется сказать ему, что всё будет хорошо, но язык просто не поворачивается

— Я с тобою — тихонько глажу его по спине. Слышу сиплый выдох. Как же ему тяжело сейчас.

Целую в висок и тихо укачиваю.

— Я рядом — шепчу ему и крепче прижимаю к себе.

Он положил голову мне на плечо и тяжело выдохнул.

Поворачиваю голову и встречаюсь с его пронзительным взглядом.

Немного наклоняюсь и касаюсь его губ своими. Поцелуй солёный на вкус, но очень нежный, чувственный. Он отвечает немного резковато, но так напористо, глубоко, тягуче, сплетая наше разгорячённое дыхание в одно. Он крепче обнимает меня и немного отстраняется, заглядывая в глаза.

— Я очень тебя люблю, Лин — говори хрипло.

— А я тебя — только и могу ответить от нахлынувших эмоций и быстро целую его в губы.

Он коснулся моей щеки.

— Ты просто не вероятная — сказал хрипло и наконец-то улыбнулся.

Дима.

Когда вернулся домой, Виктор уже ожидал меня у подъезда. Некая нервозность перед его тестами присутствовала. Ведь первые результаты спустя месяц должны были быть. Я очень надеялся, что участившиеся судороги говорили о том, что мои ноги не совсем мертвы, ведь я чувствую боль при них.

Виктор провёл свои тесты…

Сначала просил закрыть глаза. Он что-то делал, но я ощущал лишь давление на кожу и просил сделать сильнее. Ведь я должен почувствовать.

Когда открыл глаза, я был в шоке. Мне в бедро воткнули иглу, но я не чувствовал боли. На холод та же реакция.

— Прогресса пока нет. Повторим тесты через шесть месяцев — сказал Виктор.

— А судороги, ведь при них больно мышцы.

— Возможно, идёт восстановление тканей спинного мозга, а возможно это происходит от того, что Ваши ноги неподвижны и просто застой крови.

— Но я делаю упражнения для реабилитации, может что-то добавить?

Вдруг это поможет? Хорошо, что в этой квартире одна комната переоборудована под спортзал, и я там занимаюсь с Никитой — он мой тренер по реабилитации.

— Нет у вас достаточно упражнений. Попробуйте массаж при судорогах.

Перед глазами сразу же возникла Лина, когда делала мне массаж. Тогда действительно меня так расслабило, что аж заснул.

— То есть вы говорите, что ближайшие полгода прогресса не будет, я правильно понимаю?