Шрифт:
— Не смешно! — подкатываю глаза, забирая миниатюрную чашечку с готовым напитком.
— Будь с ним нежной! — кричит вдогонку подруга, издевательски улыбаясь. Я ей это припомню!
Дефилирую к переговорной и, даже выполняя поручение босса, чувствую себя королевой. Еще бы! В таких туфлях.
Внезапно из-за угла на меня выскакивает нечто в желтом комбинезоне и буквально сбивает с ног. Наблюдаю за тем, как его рот открывается в испуге, а чашка в моих руках заваливается на бок, и ее содержимое темным пятном расплывается по моей белоснежной блузке.
— Ой! — всхлипывает желтое пятно, не бог весть откуда оказавшееся на нашем этаже.
— Ай! — пищу от обжигающей кожу боли, и все валится из рук.
Дверь переговорной тут же распахивается, являя нам босса.
— Лена! — он бросается ко мне, а я только сейчас осознаю, насколько напряжено от боли мое лицо.
— Ваш заказ, — мычит пятно, протягивая желтую коробку. Так вот оно что!
Шумно выдохнув носом, выхватываю заказ из рук курьера и вбиваю увесистую коробку в грудь босса.
— Ваш заказ! — рычу, глядя на то, как коробка сминается, и очередная порция кофе растекается уже по его рубашке.
— Лена! — шипит босс, двумя пальцами отлепляя прилипшую ткань. Его пятно значительно больше. В чашке, что несла я, была капля эспрессо, а боссу достались почти пол-литра американо.
— Что Лена? — возмущаюсь, а сама не понимаю, то ли смеяться, то ли плакать, — просили кофе? Получите, распишитесь!
Он мгновенно меняется в лице, и мне становится страшно. Почему-то за свою задницу.
— Сейчас распишусь! — угрожающе кивает он, открывая дверь в переговорную пошире, а я пячусь назад, — а ну стоять! — отбрасывает от себя смятую мокрую коробку и ловит мои руки.
— Давид Александрович! — пытаюсь вразумить босса, пока тот запирает дверь на замок, еще и жалюзи на стекле поправляет, чтобы снаружи точно ничего не было видно. Что он задумал? Мама!
— Раздевайтесь, Лена!
15
— Раздевайтесь, Лена! — приказывает босс, при этом сам сбрасывает пиджак, и принимается за ремень, — или предлагаете вам помочь?
Резко выдергивает ремень из петель и красиво, отработанным движением, отбрасывает его на диван, стоящий у окна.
«Уж попала, так попала», — проносится в голове, глядя на то, как пальцы босса небрежно расстегивают пуговицу на брюках.
Эх! Была не была.
Мигом выскакиваю из туфель, наклоняюсь и хватаю их, разворачивая каблуками к боссу. Пусть только попробует подойти!
Пока пыхчу, злобно размахивая орудием убийства наглых боссов, этот самый босс начинает хихикать. И через несколько секунд смех превращается в заливистое ржание. Громкое, от души, на весь конференц-зал.
То ли лыжи не едут…то ли босс чокнулся. Но скорее лыжи. Причем мои.
— Лена! Ваша блузка промокла. Вы же не хотите до конца рабочего дня ходить в грязной одежде? — говорит, будто с ребенком, а я краснею. Черт! Ну почему мои мысли сразу о развратных вещах?
Опускаю руки с туфлями и смотрю на прилипший к телу шелк. Босс тоже смотрит. И оба мы видим кружево белья и чертовы соски, просвечивающие даже через два слоя ткани.
Бл…дь!
Как пятидесяти миллилитров жидкости хватило на то, чтобы намочить почти все стратегически важные места?
Прикрываться руками бессмысленно, босс уже все рассмотрел. Выбегать из переговорной тоже не вариант — светить сосками перед коллегами не лучшая идея.
Вздыхаю. Босс отмирает и вспоминает про свою испачканную рубашку. Вытаскивает ее из брюк, снимает запонки и стягивает через голову.
Не могу заставить себя отвернуться. Фигура босса идеальна. Все как в моих самых влажных фантазиях: и шея, и плечи, и грудь, и живот. Даже волоски, и те лежат каким-то особенным образом. Такой сильный, такой мужественный. О, Господи! О чем я только думаю…
Сгребаю остатки разума в кучу, прочищаю горло и, наконец, прикрываюсь руками, вернее, туфлями.
— Мне не во что переодеться.
— Я одолжу вам свой пиджак, — как ни в чем не бывало отвечает босс, и подхватив его со стула, подходит. Становится так близко, что я чувствую запах его тела.
Перестаю дышать, потому что чем дольше я вдыхаю этот аромат, тем меньше сил остается в ногах.
— Отвернитесь, — прошу шепотом, осознавая, что ни он, ни я этого не хотим. И, если прямо сейчас он сделает еще шаг и обнимет, я больше не смогу сопротивляться своему желанию.