— А вы знаете, мама, — заявила Иоро, переодеваясь в одежду для сна. — Ио-ли пишет стихи.

— Что? — не поняла занятая своими мыслями женщина. — Какие стихи?

Девочка лукаво посмотрела на Платину. Та скривилась как от зубной боли, всем видом демонстрируя отсутствие желания говорить на эту тему.

Тем не менее вредная девчонка с удовольствием рассказала о поэтической перекличке на девичьей половине беседки и о том, как приёмная дочь её отца декламировала своё произведение.

Потребовав немедленно его прочитать, женщина поинтересовалась:

— Вы его вспомнили или недавно сочинили?

— Даже не знаю, старшая госпожа, — пожала плечами девушка. — Просто всплыло в голове, и всё.

Собеседница недоверчиво хмыкнула и высказала своё мнение:

— Настоящей поэтессы из вас не получится, Ио-ли. Но таким стишком можно развлечь мужа, родственников или близких подруг.

— А мне понравилось, — зевнула Иоро, забираясь под одеяло.

Начальник уезда явился поздно ночью и в сильном подпитии. Супруга и служанки помогли ему раздеться, уложили спать и только после этого легли сами.

Межкомнатные перегородки в доме для гостей строители сделали очень тонкими, так что Ие пришлось засыпать под доносившееся из-за стены многоголосое бормотание.

Утро напомнило ей сильно "утяжелённую" версию начала праздника фонарей. Если хозяева замка Канако и обеспечили приезжим достаточно комфортный ночлег, то учесть все нюансы наведения женской красоты они оказались не в силах.

Желая непременно затмить всех своим внешним видом, благородные дамы, поднявшись затемно, отправили своих служанок в баню с тазиками и кувшинами.

Из сундуков извлекались наряды, украшения и запасы косметики. И всё это приходилось проделывать как можно тише, ибо утомившиеся за вчерашний вечер главы семейств желали отдохнуть в тишине.

Платина уже не удивилась тому, что туалетный столик прочно оккупировала супруга приёмного папаши.

Разместившись у другого окна, девушка достала свою расчёску и зеркальце, приказав Оки заплести ей косу.

Но тут подошла Иоро, до этого спокойно наблюдавшая за тем, как Икиба помогала матери наносить макияж.

— Ой, какая интересная гребёнка! А это зеркало? Можно посмотреть, Ио-ли?

— Подождите, пожалуйста, Иоро-ли, — изо всех сил стараясь быть вежливой, проворчала Платина. — Сейчас, только брови подкрашу.

Однако собеседница пропустила её слова мимо ушей и попыталась завладеть вожделенным предметом. После нескольких безуспешных попыток вырвать его из крепких пальцев приёмной дочери своего отца девочка вскричала:

— Посмотрите, оно стеклянное!

— Стеклянных зеркал не бывает, Иоро-ли, — наставительно проговорила мать, разглядывая своё отражение в полированном металле. — И не приставайте к самой младшей госпоже.

— Но, мама! — повысила голос дочь, и сейчас же со стороны родительской кровати донеслись звуки, напоминавшие ворчание разбуженного гризли.

— Ну дайте, Ио-ли, — опасливо втянув голову в плечи, шёпотом заканючила родная дочь начальника уезда. — Я покажу старшей госпоже.

— Не нужно мне ничего показывать! — зашипела женщина. — Идите сюда. Вам надо волосы уложить. Я почти закончила.

Обиженно надув губы, девочка подошла к туалетному столику.

Платина уже давно придумала объяснение наличия у неё необычных вещей, но не торопилась его высказывать.

Вот и сейчас она надеялась, что Азумо Сабуро позабудет слова дочери. Однако, убедившись, что та сидит смирно и не мешает служанке делать ей причёску, женщина подошла к приёмной дочери мужа и спросила:

— Что у вас там за зеркало, Ио-ли?

— Вот оно, старшая госпожа, — девушка достала его из сумки, куда только что убрала.

— Действительно, стекло, — озадаченно пробормотала супруга начальника уезда, рассматривая столь необходимый каждой представительнице прекрасного пола предмет. — А это что? Вроде рог или черепаховый панцирь? Откуда он у вас, Ио-ли?

— Госпожа Амадо Сабуро сказала, что он был со мной, когда почтенный Шуфр привёз меня в монастырь, — равнодушно пожала плечами девушка. — Наверное, это подарок матери, который она получила от кого-то из своих знакомых.

— Никогда такого не видела, — растерянно пробормотала собеседница.

— А я говорила, — тихо, но отчётливо пробубнила её родная дочь.

— Госпожа Амадо Сабуро думает, что оно из-за океана, — выдала путешественница между мирами заранее заготовленную версию.

— Наверное, она права, — нехотя согласилась женщина, возвращая зеркальце и словно бы теряя к нему всякий интерес. — Я слышала о той варварской державе. Кто-то рассказывал, будто их послы преподнесли в дар Сыну неба какое-то необыкновенное зеркало. Только оно очень быстро облезло, и этого тоже надолго не хватит.