Шрифт:
— Фу, как стыдно!
— Фу, как стыдно!
— Ирра плохая!
— Ирра плохая!
— Фрмыррррфффф, — проглотил на излете нехорошее словцо король, зато взглядом наградил очень красноречивым.
Но парочка не заткнулась.
— Это король! — испуганным громким шепотом сказал первый и, приложив палец к губам, зашипел, как закипевший чайник: — Шшшшшш!
— Это король! — повторил второй все в точности. — Шшшшшш!
— Придушу! — тут же принял волевое решение монарх и направился к парочке: — Кто тут из вас первый, кто второй?
— Первый!
— Первый!
— Второй!
— Второй!
От такого насмехательства, его величество совсем едва с катушек не съехал, но тут вмешалась ирра Венсторм.
— Не надо их обижать! Они не виноваты.
— Ирра хорошая, — тут же решил первый.
— Ирра хорошая, — подтвердил и второй.
Его величество немного очах, но больше из-за того, что ирра плакать перестала. И поспешил развить успех, кивнув на парочку:
— А это как получилось?
— То же их рук дело. Все они знали. Сладким подкармливали и… Арр ректор занят был… — снова сморщила носик ирра, но сдержалась на этот раз, быстро смахнув слезинку прочертившую дорожку на ее щечке. — В общем специально его несколько дней обхаживали. А потом нас с арром ректором позвали, якобы спасать.
— Сами додумались?!
— Не секретная информация, — устало пожала плечами ирра Венсторм. — А Аня оказалась умнее, чем нам казалось. Это она информацию по демонам в библиотеке нашла.
— Маша, Даша, Катя, Аня.
— Маша, Даша, Катя, Аня.
— И не побоялись же!
— Расчет был отвлечь наше внимание. Когда размножение началось, сами знаете, какой выброс энергии происходит. Пока мы пережидали, они к нам подкрались и сонным зельем…
Ирра закрыла рот ладошкой, вспомнив подробности, и опять из глаз ее слезы полились.
— Фу, как стыдно! Ирра плохая!
— Фу, как стыдно! Ирра плохая!
Не одобрили такого поведения ирры секретари. — Надо с ними что-то делать, — его величество сжал пальцы несколько раз в удушающем захвате, не оставив еще до конца идею, решить проблему механическим способом.
— Он же не виноват, — вступилась ирра. — То есть они.
— Ирра хорошая! — тут же поменяли мнение близнецы.
— Куда бы их запереть? — задумался монарх. — О! В тюрьму же! Стоит без дела, который год.
— Только ненадолго, — забеспокоилась ирра Венсторм. — Им без информации совсем, долго нельзя. Иначе интеллект в развитии застрянет на такой вот стадии.
— Этого я не допущу! — клятвенно заверил его величество, не на шутку испугавшись.
Не откладывая, полез по карманам. Нашел платок, пустой фантик, тут же смущенно выброшенной с видом: "не моё, ни разу". Еще в королевских карманах нашлась загадочная бутылочка, вспомнить достоверно о содержимом коей владелец с ходу не смог, а на просвет в ней какая-то муха видна была только. Садовые ножницы, извлеченные, больше всего удивили ирру. А вот недогрызенное, и уже в сухофрукт почти переродившееся яблочко — не очень. Еще одну конфетку, монарх сразу ирре отдал.
— Сладкооо! — заныли ирры секретари, но ирра конфетку от них спрятала тут же. — Жадина, — обиделись секретари.
Наконец, из бездонных карманов своих, венценосец вытащил мешочек и смахнул пот со лба, испугавшись, как бы ирра не стала свидетельницей явления еще чего похуже, чем мумия яблока.
Из мешочка король достал бусинку и на пол тут же бросил. Она укатилась куда-то в угол под внимательными взглядами всех присутствующих.
— Испортилось что ли? — нахмурился король, покраснев слегка и старательно на ирру не глядя.
— Я слышала, сдавить сначала нужно, — корректно подсказала ирра Венсторм.
Хлопнув себя по лбу, король достал еще одну бусинку. Не искать же первую, ползая на карачках! В этот раз все правильно сделал — надавил до хруста и на пол бросил.
Кататься бусинка способность потеряла, в блинчик аккуратный превратившись. Пару секунд ничего не происходило. Но потом, как-то неохотно дымок пошел. Раскочегарясь и ярко-фиолетового цвета, он быстро столб до потолка образовал. Потом столб засветился и в нем две тени видны стали. Кашляя и отмахиваясь, пред очи венценосца, явились два стража с алебардами. Дым стал бледнеть и самоликвидировался быстро. Но от вони все еще пару минут чихали и кашляли.
— Вашество! — проскрипел правый стаж, ревматическими руками хватаясь за свою алебарду ржавую.
— Сколько зим, сколько лет! — прошамкал второй обрадовано.
При тоненьких ножках, пузо у второго стражника еле вмещалось в панцирь, тоже порядком ржавый, впрочем, как и вся остальная амуниция стражей. И вихлялся он весь, вместе со своей алебардой, попытавшись стойку смирно изобразить. Его величество, явно не ожидал такой картины маслом и вытаращил глаза на грани рекомендуемого лекарями.