Она с уважением и любопытством посмотрела на собаку, крутящуюся у её ног. Надежда быстро сопоставила дохлых крыс и спасённых цыплят. С этого момента судьба псины была решена.

– Хорошо, – сказала Надежда мужу и заспанному Серёже, выскочившему тоже во двор, – оставим эту собаку у себя. Но… – Надежда многозначительно подняла указательный палец, – даю ей неделю испытательного сроку. Если испортит клумбу или ещё как-нибудь проштрафится – продолжит путешествовать по улицам.

– Ура! – воскликнул Серёжа, подбегая к Надежде и целуя её в щёку. – Я знал, что ты самая добрая на свете!

– Да ладно тебе! – улыбаясь, отмахнулась Надежда. – Давай-ка, лучше обустрой ей место возле старой будки и придумай имя.

– А мы сейчас её спросим, какое имя ей нравится! – воскликнул Серёжа и начал громко называть собачьи клички: – Жучка! Тяпа! Жуля! Нора! …

Собака в это время крутилась у них под ногами, обнюхивая землю, и никак не реагировала на возгласы Серёжи.

– Аза! – сказала Надежда, и псина внезапно остановилась, подняла голову и завиляла хвостом.

– Аза! – повторил Серёжа, и собака подбежала к нему, заглядывая в глаза.

– Ну, вот и имя она себе выбрала, – удовлетворённо сказал Виктор, похлопывая себя по животу. – За собачку я рад. А теперь, Надюня, корми нас с Серёжей скорей завтраком! А то на голодный желудок будкой заниматься тяжело!

Начало лета выдалось не очень жаркое. Тёплые дни сменялись прохладными, пасмурными с весёлым летним дождиком. За эти полтора месяца Аза отъелась, рёбра перестали торчать, даже спина расширилась, светло-коричневая короткая шёрстка переливалась на солнышке. Она была небольшой собакой, ростом чуть больше терьера, с умной, слегка вытянутой мордой. Когда Аза что-то внимательно рассматривала или слушала, уши у неё становились торчком, и только кончики слегка свисали вперёд. Это придавало ей «умильное» выражение, как тогда ещё, в мае, заметил Серёжа.

Она с честью выдержала «испытательный срок», назначенный ей Надеждой. Аза сразу же всей своей собачьей душой «прикипела» к своей хозяйке, она ловила каждую её эмоцию, поняла все интонации её голоса. Поэтому быстро сообразила, чем хозяйка может быть недовольна, а что ей понравится. Она поняла, что клумбы пользуются особым вниманием Надежды, и старалась обходить их стороной. Куры – существа глупые, но безобидные, и Аза не обращала на них никакого внимания. Во дворе частенько появлялся кот Мурзик. Аза не любила котов, кот тоже не сильно обрадовался появлению во дворе собаки – он долго фыркал, сидя на заборе и не решаясь спуститься вниз. Но потом Аза увидела, что Надежда выносит коту еду, и поняла, что он тоже относится к тем существам, о которых хозяйка заботится. Поэтому между Азой и Мурзиком установилось такое соглашение: кот держался от неё на почтительном расстоянии, а она старалась не замечать его.

Вот, собственно, и все взаимоотношения Азы с дворовым животным миром. Хотя нет, были ещё те твари, которые пробирались во двор по ночам – крысы. Но с ними у Азы были особые счёты. Этих тварей она возненавидела уже давно, всем своим собачьим нутром. Ещё будучи щенком, она часто встречала их возле мусорников и свалок, и они пугали её своими наглыми злобными глазками и хищными мордочками. Она долго их боялась, пока однажды, старая облезлая крыса не забрала у подрастающего щенка кость с остатками мяса. Какая-то необъяснимая злость заставила Азу подскочить к этой твари, занятой костью, и со всей силы стиснуть зубы у неё на шее. Сначала с омерзением, а потом с возрастающим удовлетворением Аза чувствовала, как тело крысы судорожно билось, пытаясь выбраться из её крепких зубов. Крыса верещала, но собака не ослабляла хватку, пока та не затихла, а потом ещё пару минут держала в пасти обвисшее безжизненное тело. Это была её первая победа над тварями, которых раньше она так боялась. Страх перед ними ушёл – осталась ненависть. Кость стала первым добытым трофеем. Впоследствии Аза научилась быстро разделываться с крысами. В своей наглости они не замечали в этой небольшой собаке угрозы для себя и подпускали её очень близко. Аза делала стремительный прыжок и быстро сжимала челюсть на крысиной шее, легко ломая шейные позвонки. Придушенных крыс она всегда аккуратно складывала, одна возле другой, как бы оставляя зловещий знак другим крысам, которые обязательно появятся вслед за погибшими.

Конец ознакомительного фрагмента.