— Мы еще встретимся! Очень скоро! Ты заплатишь за все! Веселись пока, но через несколько дней я научу тебя уважать Астру Пэй! — она вышла к дороге, остановилась, вытерла лицо сухим краем рукава, сорвала лопух и принялась очищать ноги, оставляя травянистые следы. Потом поднялась на возвышенность и огляделась. Где-то там, у берега речушки виднелось селение в полторы-две сотни домов, крошечный рыбацкий причал, козьи загоны и пастбища вокруг. Близости Иальса не было даже признаков. Оставалось надеяться, что это по-прежнему была Гринвея — ее родной мир.

Астра направилась к поселку, надеясь до наступления темноты выяснить в какие глухие края занес ее сволочной Херик.

Под навесом, примыкавшим косо к амбару, стояла лошаденка, низкая и толстоногая, похоже, бургской породы, которую разводят болотные люди. И это несколько насторожило Астру — откуда такая кляча могла взяться здесь, если Херик донес действительно близко к Иальсу, а не в противоположную сторону?

Возле лужи, изрытой следами козьих копыт, играли камешками мальчишки — старший в рваной рубахе и чумазые, босые малыши. Астра прошла дальше, мимо угрюмых сельчан сидевших на длинной скамье, похожих на молчаливых воронов, что стерегут тайные жертвенники Маро. Она еще раз оглядела святилище Эты — красные кедровые колонны, венки лилий над входом и двери, с выведенным охрой глазом богини, конечно, в это время закрытые. Да и вряд ли здесь можно добыть вещи необходимые, чтобы снова отрыть Дверь Измерений. Прежде всего, мэги требовался кристалл Лучистой Сферы. Но где его взять в лягушачьем захолустье? Здесь даже храм Пресветлой выглядел, словно украшенная к празднеству конюшня.

— До Иальса далеко отсюда? — Астра шагнула к старику, наблюдавшему за ней со ступеней черно-деревянного дома.

— До Иальса? Это туда вот, — почернелым скрюченным пальцем он указал на юго-восток — тянувшуюся от селения за холмы дорогу.

— Я понимаю, — Астра подумала, что весс оказался не последней сволочью — подбросил ее в верном направлении, а не к топям Бурга. — До города самого далеко? — переспросила она. — Сколько лиг? Или идти сколько? День, два?

— Не был там, — старик мотнул головой. — Вот уже не знаю. Сколько не был… В «Золотой гусь» сходи. Там есть несколько проезжих — они могут сказать.

— Благодарю, — придерживая край разорванного до неприличия платья, Астра направилась к таверне. Запах дыма, жареной козлятины дразнил, как дразнит все близкое и недозволенное. Она вспомнила о колечке, изящном колечке звонкой бронзы, отмеченном руной, которая должна беречь от укусов змей. Его можно было бы заложить и выкупить через месяц другой. Действительно, не ночевать же на улице, будто убогой оборванке. Без особых мучений она бы вынесла голод, жажду день, и три, и пять, но только не такой позор.

Поправив волосы, спадавшие на лицо, мэги толкнула дверь и спустилась в небольшой зал, пропахший элем так, что воздух был кислым на вкус и пьяным. Масляные светильники, висевшие на цепочках над столами, мазали стены мутным светом. На решетке, шипя и истекая соком на угли, жарилось мясо и длинные ломти баклажанов.

Не обращая внимания на крестьян, хлебавших питье у входа и торговцев, кутивших за сдвинутыми столами, Астра прошла к стойке, загораживавшей большие бочки и очаг.

— Сколько дней пути отсюда до Иальса? — спросила она у мужчины в сальном холщовом фартуке, похоже, бывшим хозяином.

— А это как ехать, моя принцесса. Ежели верхом, да на хорошей лошадке, то за день можно. На повозке за два добираются. К выходным от нас караван выходит, если охота ждать, — его правый, по-бычьи выпученный глаз с интересом разглядывал незнакомку.

— И сколько стоит здесь комната на ночь? Отдельная и чистая только, — Астра потихоньку сняла с пальца кольцо.

— Нет таких. Отдельных нет. Единственную сам господин Голаф Брис занял — все ж защитник наш, — он кивнул на молодого человека лет двадцати пяти в синем плаще с потускневшей серебряной вышивкой, скрывавшем потертый дорожный костюм. — А общих комнаты у нас три. Одна пустая почти. Всего три малых шилда за ночь, если устроит.

— А ужин… Сколько за ужин берешь?

— Если без мяса и попроще, то тоже три шилда. Я вижу, ты не со слишком тугим кошельком, — трактирщик наклонился, с насмешкой глядя на ее грязное платье.

— Это не смешно. Я просто потеряла свои вещи по пути, — Астра покраснела и небрежным жестом протянула кольцо. — Вот это могу вам заложить?

— Ну … Такая побрякушка вряд ли стоит больше десяти медяков. Даже восемь неохотно дам.

— Восемь шилдов за великолепное магическое кольцо?! Смотри внимательно, там по ободку руна — заклятие от укусов змей! Заклятие огромной силы! Такое кольцо стоит половины твоей таверны! — Астра покраснела больше. Крестьяне на лавке роптали пьяно, а от стола, за которым сидели несколько парней и селянка с крашеными губами, послышался смех.

— Так, милочка моя, у нас кузнец имеется, он, как напьется, тоже руны на подковах царапает, только ни одной кобыле от этого легче не стало. Если с колечком тебя кто надурил, то это не значит, что ты другим голову морочить должна. Пустое колечко — семь шилдов.

— Я — мэги, между прочим, в таких вещах кое-что понимаю!

— Мэги, конечно. А я магистр Ордена Тени, верно, господин Набруп? — он подмигнул одному из торговцев, подошедшему с пустым кувшином.

— Истинно! И все мы тут народ не простой. Вина нам еще, Герх. И что там поджарилось, тоже подавай, ибо непростой люд наш, до жратвы очень охотлив. А девке, наверное, заработать нужда возникла. А, красотка? Идем за стол к нам, накормим, напоим и ночлегом душевным обеспечим, — Набруп шутя, обнял ее, прижимая к своему выпуклому животу.