– Маришка, мать твою, – раздался голос трактирщика, – работать, дура, кто будет? Я что ли! – Ральф облокотился о столешницу, и его оттопыренные уши налились кровью.

Девчонка спустя пару секунд уже обслуживала новых посетителей трактира, приставая к ним с расспросами.

Допив чай, чтец подошел к трактирщику и положил три монеты на прилавок, сказав:

– Две вам, а одну, отдайте девчонке. У нее талант, – встретившись взглядом с Ральфом он понял, что трактирщик это и сам знает.

– Поел? Уходи. И к Маришке смотри не подходи больше. Увижу, вздернем тебя на дереве, чаровник.

Люмен развернулся и направился к выходу.

Дом, где по описанию снимал кровать мечник, находился у самого края поселка. С этой стороны Люмен как раз и въезжал в деревню.

Изба когда-то была выкрашена в желтый цвет. Сейчас лимонная краска хлопьями облазила и трескалась по всем сторонам дома. Крыша в середине была промята, а дверь качалась на сорванных петлях.

Люмен подошел ко входу и аккуратно заглянул внутрь. Там было тихо.

Он постучал обувью о порог и зашел.

Пахло чабрецом и полынью. В воздухе витал запах кухни, на которой шел процесс приготовления будущего ужина.

Парень свернул на кухню и увидел невысокую женщину, слепо ищущую рукой нож, которым она собиралась порезать головку лука. Он подошел и пододвинул его к ней.

Женщина взяла его и принялась нарезать лук, а потом замерла и развернулась к Люмену, спросив:

– Кто ты незнакомец. Зачем пришел?

Но Люмен потерял дар речи. Он медленно снял капюшон и сел на табуретку позади.

– Да, я проклятая. Поэтому и живу на окраине. Еще и вдобавок слепая. Мы никому не нужны такие. Но не бойся, я тебя не зарожу. Я даже рада незнакомцу, если с ним можно еще и поговорить, – она сделала многозначительную паузу, после которой повисло звенящее молчание.

Белые волосы женщины были собраны в хвост, а невидящие глаза украшали длинные белоснежные ресницы. Тонкие угловатые брови заканчивали ее прекрасный портрет. Ее кожа была точно такой, как и у Люмена.

Парень не знал, что сказать. Его переполняли чувства. Таких, он еще не встречал. А сейчас она, живая, стоит перед ним и разговаривает с ним. Совсем такая же, как и он, пусть и слепая. Это не важно.

Женщина услышала, как мужчина поднялся и с его плеча упал рюкзак. Она улыбнулась и положила на стол нож, развернувшись к нему и вытерев руки о свой зеленый халат, на котором сходились две ветви.

– Вы простите если я вас напугала. Я не хотела… Я же не знала, что вы придете. Хотите есть? – на ее спине сомкнулись руки, и она почувствовала чьи-то объятия.

Она кашлянула и завертела головой не понимая, что происходит. По ее щеке пробежала короткая струйка слез. Женщина быстро вытерла ее и осторожна обняла незнакомца, прислушиваясь к его дыханию.

Так они простояли около минуты. Молча обнимаясь. Потом Люмен отошел в сторону и уставился на нее как на что-то невозможное. Нереальное. Которое должно было вот-вот исчезнуть, но вопреки всему продолжало существовать и находилось рядом.

– Вы тоже проклятый? – женщина улыбнулась. – И увидели себе подобного первый раз. Да? Простите, за прямолинейность. Я даже не могу представить как мы выглядим. Как выглядят другие… Но мне было приятно. Спасибо. Давайте я вас накормлю! – она повернулась и споткнулась. Люмен тут же подхватил ее под руку и помог подняться.

Он не знал, что за чувства его наполняют. Он не был готов к этому. Учитель не рассказывал, что делать в такой ситуации. Он ничего не рассказывал о его проклятье и о людях подобных ему.

Дыхание сбилось, а сердце предательски разгоняло кровь.

С края стола упала кастрюля рассыпов содержимое для будущего супа и, противно звякнув, закатилась под стол.

– Я соберу. А вы садитесь, сейчас приготовлю что-нибудь. Вас как зовут? Думаю, нам есть о чем с вами поговорить… Хотите, оставайтесь на ночлег. Кровати у меня есть. Если вас, конечно, не смутит еще один постоялец, – затараторила женщина, поправляя волосы.

– Люмен, – не задумываясь ответил парень, сев за стол. Он разглядывал каждую прядь ее волос, каждый кусочек ее образа.

Женщина была в годах, но природная красота не покинула ее. На тонкой шее россыпью висели красные бусы, а на запястье обручами желтые нитки с разными узлами.

Люмен сразу вспомнил одного слепого из города. У него была целая веревка, на которой он записывал чужие секреты подобными узлами, а потом продавал их незнакомцам, приходящим к нему за чужими тайнами.

– Меня зовут Астрид, – она поправила выбившуюся прядь и стала собирать рассыпанные ингредиенты.