Остальной отряд сумел добраться до Ангаров, где стояло несколько поврежденных танков. Часть из них оказалась на ходу. По дороге они нашли ещё несколько борющихся отрядов и просто одиночек. В итоге им удалось поднять в воздух несколько из них и с их помощью пробить себе путь из крепости. Они успели выбрать всего за пару минут до того, как механизм самоликвидации уничтожил её. Теперь их отряд, несколько сотен уставших и раненых воинов с парой танков на которые положили самых изувеченных, двигался к “Сапфиру”.

– Командир! – позвал Стаса один из летящих рядом солдат и указал в сторону.

Стас пригляделся и увидел там ещё один отряд. Такой же, как и их собственный, отступающий по поверхности из разрушенной крепости.

Шон сидел, прислонившись спиной к стене, наблюдая за тем как в огромном холле подземной станции десятки тысяч раненных воинов грузят в составы, которые отправляются к “Великану”. Крепость “Роща” доживает свои последние минуты. Лодгар, докресианский-военачальник, ближайший друг короля Майгора, умер несколько часов назад. Вслед за ним ушёл Раймонд, один из самых старых ветеранов Бессмертного Оплота. Он забрал с собой двух демонов-принцев, от них не осталось даже пыли. Шон видел, как сила гравитации Раймонда, превратилась в чёрную дыру у него в груди, поглотившую его самого и двух его противников. Потом, когда они уже начали отступать, Пётр со своим отрядом сдерживал демонов у самой большой бреши.

Их крики, когда они уничтожали свои ядра и в безумной ярости кромсали всё, что пытается прорваться внутрь… Шон крепко уверился – это он не забудет даже после смерти.

И всего этого всё ровно оказалось мало. Там, за полузакрытыми дверями осталось всего несколько тысяч, задача которых выиграть время для эвакуации солдат в другую крепость, где они ещё смогут послужить. Несколько тысяч против миллионов, которые сейчас захватили уже почти всю крепость.

Это просто невозможно.

И американец был далеко не единственным, кто это понимал. С каждой минутой все больше раненых вставали, брали в руки оружие, своё или любое другой разбросанное по залу, и уходили за двери, чтобы присоединится к тем, кто ещё сражается или будет сражаться, когда стоящие впереди заслоны падут.

Нередко среди уходящих Шон видел знакомые лица. Он знал многих из этих ребят. Его товарищи, знакомые и подчиненные. Шли умирать, без всякого нытья или тупой бравады. Сколько их уже полегло за стенами? Шон потерял стольких, что, наверное, уже было проще считать оставшихся.

В какой-то момент мужчина поднялся сам. Медленно, тяжело, преодолевая сопротивление уставшего, израненного тела, исчерпавшего большую часть своих внутренних ресурсов. Шон вместе с ещё несколькими солдатами вышел с подземной станции в один из ведущих к ней коридоров.

Созданные на скорую руку укрепления занимали полторы сотни солдат. Здесь не было ни одного целого воина. Все уже прошли крещение безумным сражением и выиграли у смерти ещё один раунд. Впрочем, последний не за горами. Подходя к этой группке Шон уже слышал шум, доносящийся до них по коридору.

Демоны были уже близко. Наверное, перед этой точкой будет, самое большое, ещё один заслон. Несколько минут и здесь начнётся бойня. Правда собравшихся это не сильно волновало. Шон будто попробовал контрастный душ. В том зале царила такая аура безысходности, что выть хотелось. Здесь же было… легко. Воины смеялись, разговаривали, некоторые пили или ели. Причем речь в общении шла на совершенно другие вещи, нежели окружающая обстановка.

Шон активировал свою способность и погрузил отряд в сферу восстановления. Сейчас она не могла сделать многого, но это было лучше, чем ничего. Этим действием он привлёк к себе внимание. Один из людей дернулся особенно сильно, ощутив на себе действие знакомой способности.

– Я тебе, что сказал делать, Шон?

Прам резко развернулся к нему. У мужчины отсутствовала правые рука и глаз. Как когда-то в молодости. Только теперь из обрубка конечности выходило её призрачное продолжение, вполне пригодное для орудования мечом. У Прама появилась новая особенность прямо во время боя. Он сам не знал, как так случилось, но конец он встретит с оружием в обеих руках.

– Отправляться на эвакуацию.

– Так какого хрена ты стоишь здесь? – спросил мечник, и чуть понизил голос, - ты хоть представляешь, что сделает твоя мать если узнает, что ты решил остаться тут, а я не сумел тебя отговорить? Да она сама выпилится, чтобы найти нас на том свете. И я сомневаюсь, что там нам будет куда бежать, а бежать захочется. Мы так уже делали.

– Дерьмовая шутка, дядя Прам, - сказал Шон.

На его лице была такая же веселая усмешка, как на лице Прама, появившееся во время его маленького “возмущения”.

– Да они у меня все такие, - улыбка стала ещё шире, а затем быстро стерлась, - ты ведь знаешь, что ты не обязан оставаться? У тебя есть семья и дети, которым ты ещё пригодишься и которые будут по тебе горевать.

– Ты тоже часть этой семьи, Прам.

– Да, поэтому я бы хотел, чтобы ты ушёл. Но настаивать я не буду. Такой боец как ты здесь пригодиться. Много там ещё?

Капитанский мостик утонул в ярком сиянии, сопровождающим взрыв хохота от которого сотрясалось все помещение.