Зал Разлома был огромен, а потолок терялся в сумраке.

– Да, я понимаю, звучит глупо, но мне кажется, что оно должно быть там, - он показал на видневшийся в глубине каменный трон.
– Поможешь?

Женщина некоторое время смотрела туда, где огненные отблески ложились на матово блестевшую металлическую поверхность озера, потом сказала:

– Пойдем. Расскажешь по дороге.

И первая направилась к каменной тропе. А Хорм пошел рядом. Сейчас он не очень представлял себе, как будет объяснять ей, что они ищут документ, на котором записан древний магический закон. Ведь это даже не его тайна. К тому же, она вдова, а значит, магический закон у нее не ассоциируется ни с чем хорошим.

Черт... Он вынужден был признать, что подумать об этом стоило раньше.

– Хельга.

– Что, прости?

Она тихо хмыкнула и смерила его насмешливым взглядом.

– Хельга мое имя. А как зовут тебя?

– Эйтерн. Эйт, - поспешно ответил Хорм и вынужденно признал, что с головой у него, прямо скажем, не очень.

Но они уже подошли к каменной тропе, и он придержал ее за руку.

– Подожди, я пойду первым.

***

Сам Хорм не испытывал страха или неуверенности, ему даже нравилось так пугавшее его прежде это живое зеркало. Просто сейчас он был не один, с ним женщина. Идя впереди, он как бы предупреждал стража миров, что она с ним, ее нельзя трогать. Но та и сама не казалась испуганной. С шага не сбивалась, дыхание ровное. Хорм даже покосился назад, очень странная вдова. Расспрашивать он, конечно, не решился.

А отливающая серебристым металлом поверхность Разлома сейчас походила на самое настоящее озеро. Приятное прохладное озеро в жаркий день...

Откуда только эта ассоциация пришла? Эйтерн тряхнул головой, отгоняя видение. Тем более что они уже почти пришли. До места силы, древнего каменного трона оставалось с десяток шагов. Он остановился, прикидывая мысленно, с чего начинать.

Потом медленно подошел ближе. Ему казалось, это место для хранения идеально, его защищает сам Хаос. Но каменный трон был монолитным. Четыре химеры, на которых он стоял, тоже. И тут если что-то прятали, то только...

Он встал на четвереньки, опустил руку в ледяную жижу, заполнявшую Разлом, и стал ощупывать край каменного основания.

– Что мы ищем?
– Хельга стояла рядом и, щурясь, оглядывала поверхность Разлома.

Эйтерн медленно выдохнул выпрямляясь. Он и объяснить-то толком не мог, не раскрыв ей секретной информации. Дилемма.

– Это должен быть документ. Или что-то вроде того. Может быть, артефакт, - проговорил, стирая с ладоней металлообразную субстанцию.

Она внимательно посмотрела на его руки и кивнула.

– Понятно.

А потом присела на корточки и запустив руку по локоть вниз, стала шарить с другой стороны.

– Стой!
– кинулся к ней Хорм.

Когда он звал ее с собой, он думал, что женщина может просто заметить то, что упустит он. Но не в коей мере не предполагал, что она тоже полезет в эту ледяную жижу!

– Что?
– она выпрямилась и положила руку на колено.

Хорм был потрясен. Ни следа магического ожога, кожа розовая.

– Ничего, - пробормотал он и отвернулся.
– Давай, каждый осматривает свою сторону.

– Угу, - кивнула она.
– Как глубоко искать?

Он задумался. Если это прятали люди?

– Я думаю, на глубину вытянутой руки.

Следующие несколько минут прошли в полном молчании. Эйтерн не отвлекался больше, он уже почти обследовал свою часть, как вдруг услышал:

– Эй! Посмотри, что здесь?

***

Эйтерн напрягся, ощущая, как его заливает холодком внутренняя дрожь. Он надеялся, но все же не был до конца уверен. А тут... Он даже не смог сразу обернуться к ней, наконец овладев собой, резко выдохнул и поднялся на ноги.

– Г... где?
– от волнения свело горло.

– Вот.

Он невольно сглотнул. Женщина стояла у противоположного края основания каменного трона, прямо за потемневшим от времени стержнем факела, и показывала куда-то вниз, в пространство за ним.

– Где?
– он не видел ничего, кроме изваяний химер, на которых покоился трон.

– Ну вот же, - она посторонилась, давая ему возможность подойти.

Сейчас волнение достигло предела. Эйтерн Хорм был последним из древних, но, черт побери, в его беспокойной бунтарской юности было слишком мало стремления приобщиться к закрытым таинствам своего народа. А остальную свою жизнь он провел в изгнании. Многое открывалось ему впервые. Он не знал, что увидит, но был готов ко всему.

Только не к тому, что представилось его глазам.

В колеблющемся свете факела было видно, что прямо за каменным троном узкая лестница. Ступени шириной на две стопы уходили вниз, в тускло поблескивавшую металлом субстанцию. Как продолжение тропы. Значит, мост не заканчивался площадкой каменного трона! Он внезапно замер, вперив взгляд в терявшуюся во мгле дальнюю стену. На той стороне находились запрещенные залы, доступ в которые был закрыт.

Мужчина медленно выдохнул, сжимая кулаки, его охватило острое желание помчаться в Хранилище и еще раз взглянуть на чертежи. Ведь они там были! Господи, какой он идиот, ведь мог же сначала изучить...