— Кого-нибудь укусили? — Спросил Мика.

— Нет. Я имею в виду, не меня, — сказала я.

— Я в порядке — сказал Брэм.

— Энди жив? — Спросил Мика.

Я посмотрела на человека без сознания и вдруг испугалась уже по другой причине. Я начала искать пульс на шее. Никки сказал:

— Я слышу стук его сердца; он все еще жив.

— Его шея сломана? — Спросил Мика.

Я перестала искать пульс и сказала: — Я не так сильно ударила его.

— Ты ударила его довольно сильно.

— Это был хороший удар — сказал Брэм.

— Он напугал меня — сказала я.

— Он напугал всех нас, — сказал Бернардо. Он посмотрел в зеркало заднего вида. Остальные из нас смотрели на человека без сознания.

— Я действительно ударила его достаточно сильно, чтобы беспокоиться о сломанной шее?

— Если бы он был человеком, ты бы сломала ему шею — сказал Никки.

— Я этого не хотела.

— Нужно найти побольше людей, для твоих тренировок, что бы лучше знать свою силу — сказал Брэм.

Я смотрела на упавшего человека между нами. — Труднее ли им причинить вред из-за ликантропии, как нам?

— Не так как нам, но, да, они крепче, чем обычные люди — сказал Мика.

— Полезно знать — сказала я.

Энди застонал и пошевелился достаточно, чтобы сообщить нам, что все еще цел. Я была рада до тошноты. Я не стремилась сломать ему шею, только чтобы защититься. Энди не просыпался и не приходил в себя, что было хорошо. Брэм и Никки отнесли его на лодку после того, как мы сложили все наше снаряжение. Роберто, водитель лодки, капитан или как его еще назвать, сказал: — Спасибо, что нашли Энди, мистер Каллахан.

— Он перекинулся в машине. Если бы он сделал это в баре, люди могли бы пострадать.

— В ресторане были дети — сказала я.

Роберто посмотрел на человека без сознания. — Энди сжёг мосты со всеми нами, кроме Кристи. Она все еще думает, что он протрезвеет и станет отличным отцом.

— Их любовь наркомана не исправит — сказал Бернардо.

— Я знаю это, и вы знаете это, — сказал Роберто, — но она его жена и вот-вот родит его ребенка. Я думаю, у нее должна быть надежда.

— Надежда иногда лживая сука — сказала я.

— Разве это не правда — сказал Роберто, не спеша, отплывая от пристани. Мне бы понравилось больше наблюдать этот сине-зелено-бирюзовый океан, если бы до этого я не была перепугана до смерти, видом шипящих на меня ядовитых змей и не думала о том, что чуть не сломала шею человека одним ударом. Мика посадил меня к себе на колени. — Смотрите — сказал Брам. — Дельфины!

Я посмотрел туда, куда он указывал, и вот они, мои первые в жизни дикие дельфины. Они выныривали из воды линиями, похожие на горбы морской змеи. Я улыбнулась, потому что… дельфины! Они выпрыгнули из воды, и мое сердце подпрыгнуло с ними, потому что — дикие дельфины!

Я оглянулась на маленькую каюту, в которой лежал Энди, все еще без сознания, а затем вернулась к наблюдению за дельфинами, потому что для него я ничего не могла сделать. Но, может быть, если я посмотрю на океан, почувствую брызги на моей коже и руках Мики, обнимающего меня, и буду наблюдать, как дельфины плывут по волнам, то смогу сделать что-то для самой себя.

Когда мы добрались до Кирке, на причале нас ждали два крепких парня, очень похожих на Энди. Они оказались его двоюродными братьями. Кристи заставила их встретить нас на причале и привести ее мужа домой к ней. Они поблагодарили нас за то, что вернули его, но не так, как если бы были рады его видеть. Кто мог их винить?

Я написала Натаниэлю, что мы на острове. Он ответил: «В бассейне, наслаждаюсь нашим отпуском. Есть ключи от номера. Я люблю вас обоих.» Для него это было очень сухое сообщение. Я посмотрела на Мику.

— Я думаю, что наш общий мальчик все еще зол на нас.

— Расстроен. Если бы он был все еще в бешенстве, он бы не добавил «Я люблю вас обоих» — сказал Мика.

— Проблемы в раю? — спросил Бернардо.

— Натаниэль все еще расстроен, он в бассейне и у него есть ключи от номера.

— Он упомянул это в той части сообщения, где он наслаждается нашим отпуском, — сухо сказал Мика.

— Это похоже на сообщение от подружки — сказал Бернардо.

— А как бы выглядело сообщение от парня? — спросила я, улыбаясь ему.

Он склонил голову.

— Хорошая мысль — я встречался только с женщинами. Ты утверждаешь, что встречаться хоть с мужчинами, хоть с женщинами не такая уж большая разница?

— Все поломаны — сказал Никки.

Бернардо посмотрел на него. — Ты говоришь, что встречался и с теми и с другими?