Кентон встает рядом со мной, обхватывая мою руку. Громкий звук сердцебиения пульсирует по комнате, и я смотрю на темный экран рядом с головой, пытаясь разглядеть нашего ребенка. Когда вижу фигурку, появляющуюся из темноты, глаза полнятся слезами, как всегда, когда я вижу нашего ребенка.

— Посмотри, какой он уже большой, — говорит Дениз, и я перевожу взгляд на нее и запрокидываю голову, чтобы увидеть лицо Кентона.

— У нас будет мальчик? — спрашиваю я, не замечая реакции от Кентона.

Интересно, уловил ли он то, что она только что сказала?

— Так и есть, — в ее ее голосе слышна улыбка, а Кентон наклоняется и смотрит на меня.

— Ну, папочка, что ты на это скажешь? — спрашиваю я.

— Спасибо. — Он наклоняется, целует меня в губы и шепчет: — Я хочу еще и девочку. Ты права. У меня достаточно места в сердце для гораздо большего.

Я киваю и слегка приподнимаю голову, прижимаясь к его губам, чувствуя, как слезы катятся по щекам.

С нетерпением жду возможности подарить ему еще и дочь.

***

Три года, один месяц, шесть дней, двадцать два часа, шесть минут и две секунды спустя.

— Милый, ты должен опустить ее, — говорю я Кентону, входя в гостиную.

Он сидит на диване, одетый в пару спортивных штанов и ничего больше. По телевизору показывают футбольный матч с приглушенным звуком, пока наша спящая дочь лежит у него на руках, а сын сидит рядом, положив голову ему на грудь и закрыв глаза. Половину времени я думаю, не притворяется ли он спящим, чтобы шпионить за нами. Он знает слишком много для трехлетнего ребенка.

— Она только что уснула, — тихо говорит Кентон, глядя сначала на дочь, потом на меня.

Я закатываю глаза и качаю головой, зная, что он лжет. Если он дома, то дети постоянно висят на нем. Мне нравится видеть их вместе, и когда его нет дома, а оба ребенка хотят, чтобы их все время держали на руках, мне трудно что-то делать по дому.

— Твоя мама едет сюда с Вив. Они хотят осмотреть задний двор и измерить его, чтобы посмотреть, можно ли поставить там игровую площадку.

— Она не сдается, не так ли? — ворчит он, снова глядя на Аннабель.

Я точно знаю, о чем он думает. Как только его мама войдет в дверь, дети перестанут быть нашими. Они станут бабушкиными, и его это слегка бесит.

— У вас есть что-то общее, — ухмыляюсь я.

— Ну, похоже, сегодня она все-таки будет полезна, — бормочет он.

— Что это значит? — спрашиваю я, глаза сужаются, когда я вижу ухмылку на его губах.

— Ты найдешь, чем занять свой чудный ротик, пока мама будет присматривать за детьми.

Я чувствую покалывание в всем теле, и внезапно мне очень хочется, чтобы Нэнси пришла поскорее.

***

— Раздевайся. И становись на колени, детка, — ворчит Кентон, ведя меня в ванную.

Как только Нэнси переступила порог, Кентон передал ей детей. По блеску в ее глазах я поняла, что она точно знает, что происходит. Слава Богу, Маз не спал, и она не могла сказать ничего такого, что заставило бы меня покраснеть.

Я быстро раздеваюсь и падаю на колени, наблюдая, как Кентон запирает за собой дверь в ванную.

— Наконец-то ты слушаешься, — бормочет он.

Я игнорирую это замечание и просто наслаждаюсь, наблюдая, как он идет ко мне. Его руки тянутся к штанам, одна стаскивает их, а другая обхватывает член, поглаживая его, пока Кентон подходит ко мне.

— Открой. — Его взгляд останавливаются на моем рте, и я послушно открываю его. В ту секунду, когда головка его члена касается моего языка, я издаю стон. — Думаю, тебе нравится отсасывать у меня даже больше, чем мне тебя лизать, а мне это чертовски сильно нравится.

Его рука скользит по моей щеке, большой палец касается подбородка. Он тянет вниз мой подбородок, заставляя меня открыть рот шире, и член скользит глубже в рот, задевая заднюю стенку горла. Кентон пробегает руками вниз по моей шее, затем по соскам, дергая их. Я стону, рукой обхватываю его яйца, захватываю основание члена, извиваясь при каждом толчке, в то время как другую ногу направляю себе между ног.

— Покажи мне, какая ты влажная для меня, — требует он, и я вытаскиваю свои скользкие пальцы. Он обхватывает мое запястье, притягивая мои пальцы к его рту.

Жар и ощущение его языка на пальцах заставляют меня выпустить его изо рта и откинуть голову назад. Прежде чем я успеваю попросить его трахнуть меня, он поднимает меня и наклоняет над туалетным столиком, ногой раздвигает мои ноги шире, и я чувствую, как головка его члена касается моего входа. Я ожидаю, что он войдет в меня медленно, но он удивляет, закрывая мой рот рукой, и глубоко врезаясь одним быстрым толчком. Я кричу, впиваясь зубами в его ладонь. Он поворачивает мое лицо к себе, чтобы глубоко поцеловать, продолжая двигаться.