Но я не буду этого делать. Коттедж для новобрачных — неподходящее место для одинокой жизни.

Я продолжала попытки связаться с Жоржем, Иеном и Дженет, и с Бетти и Фредди, но я ограничила себя двумя звонками в месяц; плата за терминал была значительной.

Два раза в неделю я проводила полдня на Трудовом Рынке, стараясь ничего не упустить. Я больше не рассчитывала получить работу курьера, за которую платили бы хотя бы половину того, что я получала у босса, но я все равно беседовала с представителями мультинационалов — которые действительно пользовались услугами опытных курьеров. И я проверяла все другие вакансии в поисках чего-нибудь, чего угодно, что подходило бы под мои совершенно необычные способности. Босс намекнул мне, что я в некотором роде сверхчеловек — если так, то я могу засвидетельствовать, что на сверхлюдей спрос невелик.

Я думала о том, чтобы пойти в школу и стать крупье или дилером — но потом переставила этот вариант в конец списка. Опытный дилер или крупье на рулетке может работать многие годы и получать хорошую зарплату… но для меня это было бы каторгой. Это способ, чтобы выжить, но не жить. Лучше наняться рядовой и попытаться выслужиться, чтобы получить звание.

Но существовали и другие возможности, о которых я никогда не думала. Например, вот это:

Я могла бы попробовать наняться в «Бэйбиз анлимитед» или заняться этой работой самостоятельно. Моя обратимая стерильность стала бы дополнительным преимуществом, так как больше всего заказчики суррогатных матерей боятся того, что наемная мать подсунет им собственного ребенка — забеременеет сама как раз перед имплантацией. Стерильность не является препятствием, потому что овуляция не требуется; технолог просто перестраивает химизм тела, чтобы поле было готово для сева. Овуляция — просто неудобство.

Рожать детей для других людей было бы только временной работой — но возможной; за нее хорошо платят.

Неплохая сделка для женщины, которая хочет отдохнуть три месяца и которой нравится русская рулетка. Беременность мне не угрожала, а мой коэффициент сексуальности выше 7 — и намного! Но премиальный тариф для наложниц в Свободном Штате недостаточно высок, чтобы общий заработок мог оправдать потерю более постоянной работы — и этот безликий клиент почти наверняка был страшным занудой, а иначе он не стал бы нанимать незнакомку, чтобы разделить с ней постель.

Вышеуказанное было как раз той работой, какую я хотела бы получить. Единственной проблемой было то, что у меня не было ни малейшей квалификации.

На здании Первой Плазмитской Церкви («Вначале была Плазма»), которое стояло неподалеку от Рынка, висело объявление с расписанием служб. Мое внимание привлекло объявление поменьше, составленное из съемных букв:

Это было похоже на постоянную работу, но опять же на такую, для которой я не подходила. Это объявление меня как будто заворожило. Пока я на него таращилась, вышел человек и поменял надпись, и я сообразила, что пропустила последнее жертвоприношение, а следующее будет только через две недели, и я не смогу присутствовать при этом. Но мое любопытство, как всегда, победило. Я спросила:

— Вы действительно приносите в жертву девственниц?

Он ответил:

— Не я. Я всего лишь прислужник. Но… Ну, на самом деле нет, им не обязательно быть девственницами. Но они должны выглядеть как девственницы. — Он оглядел меня с ног до головы. — Я думаю, вы подошли бы. Не хотите зайти и поговорить со священником?

— Гм, нет. Вы хотите сказать, что он действительно приносит их в жертву?

Он снова посмотрел на меня. — Вы не здешняя, верно?

Я призналась.

— В общем, ситуация примерно такая, — продолжал он. — Если бы вы дали объявление о наборе актеров для фильма с убийствами, вы бы набрали всю труппу за полдня, и никто даже не спросил бы, будут их убивать на самом деле или нет. Вот такой это город.

Может быть, и так. А скорее, я просто неотесанная деревенщина. Или и то, и другое.

Там было множество объявлений с предложениями работать вне Земли или касающихся внеземной жизни. Я не собиралась наняться на работу вне Земли, потому что я на самом деле собиралась уехать с Земли как колонист, обладающий таким количеством денег, что можно будет выбирать любую планету от Проксимы, находящейся почти под боком, до Релма, который был так далеко, что и грузы, и пассажиры перевозились N-кораблями — вот только судя по последней информации, Первый Гражданин закрыл ее для мигрантов независимо от суммы взноса, сделав исключение только для некоторых людей искусства и ученых по индивидуальной договоренности. Не то чтобы я хотела поехать в Релм, что бы ни говорили о его богатстве. Слишком далеко! Но проксимиты наши близкие соседи; с Южного Острова их звезда видна прямо над головой, большая яркая звезда. Дружелюбное место.