— Ещё скажи, что знаешь, кто он…

— Я знаю, кто он.

— … — по голубым глазам без всякой телепатии ясно читалось, что меня подозревают в насмешке, но мой серьёзный взгляд и спокойная поза мешали этим подозрениям окончательно перейти в уверенность. — Ты шутишь, да?

— Нисколько, — отправляю в рот очередной кусочек мяса. М-м-м, восхитительно.

— А Флэш? Он тоже человек?

— Метачеловек. Обрёл свои силы примерно так же, как и ты — в результате неудачного научного эксперимента. Завсегдатай «Лаборатории Стар», хотя с началом своей геройской карьеры почти забросил научную деятельность.

— А я? От меня ты тоже ждёшь геройской карьеры? — глаза девушки напряжённо сощурились, хотя внутри она скорее трепетала от близости неприятной перспективы. — Чтобы я «защищала вверенную территорию», как тот черномазый качок?

— Я же говорил: я предлагаю тебе работу по профилю, — встав, подливаю ей вина, так как бокал уже показал дно. — Как мне известно, твоя основная специальность — твердотельная электроника и сверхпроводники? — под моим взглядом Луиза неуверенно кивнула. — Вот и получишь лабораторию, оборудование и несколько интересных задач. Есть ряд институтов, здесь, на западном побережье, где я являюсь спонсором, можно устроить тебя в один из них на твой выбор. Кроме того, вскоре будет закончен исследовательский центр на одной из лун Сатурна, где тебя уж точно не достанет никакое правительство США. В последнем случае персонала ещё немного — работы и оборудование там будут совсем иного порядка, и кого попало к ним не допустишь, но полный соцпакет и ежемесячный отдых на любых курортах мира гарантированы.

— Не слишком ли щедро? — осторожно переспросила девушка, настороженно оглядев свой бокал с вином и переведя столь же встревоженный взгляд на меня. Думала она при этом об уровне своей компетентности, и думы эти были очень невесёлые, можно сказать — с ярким оттенком самоуничижения.

— А почему нет? — вскидываю бровь, расслабленно привалившись к спинке сидения. — Давай смотреть правде в глаза: у тебя нет выбора. Или стать подопытным кроликом в одной из секретных лабораторий правительства, или податься в криминал со всеми его прелестями. Свободной и спокойной жизни тебе теперь не светит ни при каких обстоятельствах, сумей ты даже сбежать в Австралию и поселиться на какой-нибудь заброшенной ферме. С твоей внешностью и сугубо гражданскими навыками вычислят тебя в порядке рабочего вопроса. А вычислять тебя будут — слишком уж интересный для любых силовых ведомств планеты результат ты получила. Не одни, так другие попытаются наложить на тебя руки, и рано или поздно у кого-то это получится. Единственная твоя надежда — что им удастся воспроизвести эффект без твоего участия, но надежда эта, уж поверь лучшему генетику на сотни световых лет во все стороны, весьма призрачная. А потому выбора у тебя нет — никто не предложит тебе лучших условий и не станет защищать лично тебя в случае опасности от конкурентов, а для меня это не сложно.

— Но я же не гений! — вспылила девушка. — Не светило науки! И даже мой результат — это не мой результат, а случайность, в которой я ничего не понимаю! За что мне такие привилегии?! Или ты хочешь сказать, что не понимаешь значения слов «ежемесячный отдых на любых курортах мира» для подавляющего числа жителей страны?!

— Понимаю, — позволяю проявиться на лице снисходительной улыбке. — А в тему гениев… Я знаю нескольких. И да — ты не гений, но ты и не дура. А твои амбиции выбиться в начальники лабораторий — и вовсе прекрасная вещь. Видишь ли, гении — это хорошо, но всегда должен быть кто-то, кто направляет их деятельность в нужное русло и следит, чтобы на почве своей гениальности они не слишком из этого русла выплывали. Гениев я, смею надеяться, найду, благо ценят их, как правило, очень незначительно, пока жизнь не прижмёт. А вот найти надёжных администраторов, которые помимо личной преданности будут обладать способностью понять, чем именно заняты их подопечные, и даже дать дельный совет по теме вопроса — вот это проблема. Ты даже не представляешь, насколько сложно отыскать компетентного специалиста, который не будет каждую минуту думать о том, чтобы присвоить достижения своих подчинённых, или чернейшей завистью завидовать их способностям. Все такие или владеют собственными компаниями, или уже намертво трудоустроены иными владельцами. Ты же в этом плане подходишь почти идеально, единственный твой недостаток — это отсутствие реального опыта, но этот недостаток из тех, которые исчезают сами собой. В остальном: ты красива, а значит, не будешь страдать комплексами из-за внешности, ты обладаешь сверхспособностями, а значит, не будешь завидовать возможным коллегам с чем-то аналогичным, ты сама хочешь заниматься этим делом, так что будешь на своём месте, и наконец, даже если ты захочешь, ты никому не сможешь меня продать, ведь все, кроме меня, тебя обязательно кинут, и ты это прекрасно понимаешь. Как видишь — всё одно к одному, так почему бы мне не быть щедрым, практически за так получая столь ценного сотрудника?

— Ха… — Луиза залпом опрокинула в себя содержимое бокала, совершенно выбросив из головы, что это она недавно смотрела на меня как на святотатца за одну только манеру наливать. — Хороший метод вербовки…

— Ты бы предпочла, чтобы я разливался розовым сиропом и давал все ответы в стиле пресс-секретаря Белого Дома — так же скользко и невнятно?

— Нет уж, лучше как есть, — быстро открестилась девушка, утыкаясь взглядом в свою тарелку.

В следующие несколько минут я мог наблюдать, как вилка учёной безвольно копается в содержимом блюда, а сама она, полностью отстранившись от мира, хмуро перебирает в уме картины прошлой жизни, будто прощаясь навсегда. Не люблю лезть людям в душу в такие моменты, потому от вмешательства я воздержался.

Моя часть обеда потихоньку таяла, как и количество вина в бутылках. Линкольн тоже постепенно преодолела меланхолию и вновь взялась за пищу с прежним энтузиазмом. Моё предложение она приняла. Окончательно.

— Кстати, а ты не хочешь в качестве хобби поучиться на бармена? Производить кубики для льда и охлаждать напитки прикосновением — бесценный талант, — нарушаю тишину, ощутив, что собеседница к этому уже готова.

— Но… Я же учёный! А это… это… — совсем не поняла ход моей мысли девушка.

— Я и сказал — как хобби. Например, у меня есть одна очень талантливая девочка, которая вовсю учится на генетика, но это не мешает ей быть моим садовником. И заметь, удовольствие она получает неописуемое.

— Хм-м… И зачем это тебе?

— Мне нравятся красивые девушки, лицезреть их доставляет мне форменное наслаждение, — с улыбкой салютую ей бокалом.

— Ты знаешь, что ты очень странный?

— Нет, я просто точно знаю, чего я хочу. Кстати, как ты смотришь на то, чтобы я тебя соблазнил?

— Ну, знаешь ли!.. — девушка подавилась воздухом.

— То есть принципиальных возражений нет? Хорошо! Как насчёт сходить сегодня вечером в Парижскую оперу? У меня как раз есть окно в графике.

— Н-но… у меня нет платья… — тьма… Сколько паники.

— Так подойдёт? — провожу в воздухе рукой с кольцом, надевая на криомантку немного модифицированный вариант униформы… Немного… Под стандарты классического земного вечернего платья.

— А?.. — Линкольн в полной прострации уставилась на комбинацию золотой и чёрной ткани, элегантно облегающую её фигуру.