– А почему древние механизмы не могли тебя атаковать? – ответила вопросом на вопрос гремлинша.

– Да откуда ж мне знать, – сыграл я в дурачка. – Возможно, из-за того, что я умею управлять электричеством?

Принцесса фыркнула.

– Да это многие гремлины могут, но от големов эти их никак не защищает.

– Не знаю, – повторил я свой ответ. – Так что это за асуры такие?

– Древняя цивилизация. Были. Жили. Померли. Остались от них только старые механизмы различного назначения, – слегка раздраженно ответила Ар-Норте. – Мы одни из немногих, кто может ими управлять, поскольку гремлины в принципе близки с любой техникой.

Черт, а ведь я тоже умею управлять любой техникой. Надеюсь, мой класс не родственен гремлинам? А то ведь с разработчиков станется постепенно превратить меня в зеленого коротышку. Уж лучше тогда как Повелитель Молний, стать голубокожим и лысым, чем зеленым и уродливым.

К моему немалому огорчению, слизни нам попадались все реже. А вскоре мы миновали все тайные и не тайные ходы, и добрались до «мэтро-2». Искомый зал действительно чем-то напоминал наше метро. Это даже можно было считать полноценной станцией, поскольку здесь присутствовала открытая двухместная вагонетка вроде тех, что используют на американских горках. Свод пещеры образовывал обычную арку и был покрыт чем-то вроде мрамора, что так же роднило это место с общественным транспортом реального мира. А вот что портило весь «классический облик», так это гигантское зеркало перед вагонеткой, вместо вполне ожидаемого тоннеля. Ну, еще немного смущала стоящая в центре станции сложная система каких-то стальных бочек, колбочек и сосудов, соединенных множеством трубочек, подозрительно похожая на гигантский самогонный аппарат.

– И много таких станций раскидано по горам? – спросил я, с любопытством оглядываясь по сторонам.

– Даже если бы я знала, то с тобой такой важной информацией точно бы не поделилась, – злорадно ответила Ар-Норте, скидывая капюшон-маску.

Логично. Хотя, логика и гремлины очень редко пересекаются.

– А запустить эту штуку ты сможешь?

– Она сделана на основе технологий асур, а с ними гремлины могут работать интуитивно.

Возможно, они обладают чем-то вроде моей способности «Власть над механизмами»? Тогда, при достаточном уровне прокачки, принцессе не обязательно знать, как работает эта огромная штука, чтобы управлять ей. Кстати, если воспользоваться свитком улучшения, то и я мог бы получить возможность управлять механизмами древних. Не знаю, правда, насколько в этом есть необходимость.

Обойдя «самогонный аппарат» вокруг, я увидел небольшую будку с пультом управления, по размеру ориентированную на гремлина или не очень толстого гнома.

Вагонетка оказалась тоже небольшого размера, и мне, чтобы поместиться в нее, предстояло либо переломать себе ноги, либо выдернуть из нее сидения. Очень короткие, всего два-три десятков шагов, рельсы, на которых стояла вагонетка, вели прямиком в зеркальную стену.

Я подошел и провел рукой по зеркальной поверхности.

Прочная. Настолько прочная, что даже попытавшись ее тайком поцарапать, я не оставил на ней ни следа.

– И эта поверхность превратится в телепорт? – с надеждой спросил я.

– Нет вроде, – неуверенно ответила гремлинша. – Я не очень хорошо понимаю принцип действия этой штуки, но вроде как ты на большой скорости въезжаешь в собственное отражение, и оно проецируется на зеркало в другой станции.

То есть, по сути мне, предстояло убиться на полной скорости о зеркальную стену. Мило.

– Предлагаю устроить здесь привал. Отдохнем, а завтра с новыми силами нырнем в портал.

– Это не портал, – скривилась гремлинша. – Вообще ничего общего.

– Ну, ты же поняла, о чем я.

– Ладно. – Она широко зевнула, воспитанно прикрыв пасть ручкой. Вот только широченный зев гремлина такой ладошкой было никак не закрыть, и поэтому я смог оценить остроту ее зубов, расставленных в два ряда на манер акульих. – Раз уж ты так устал, то действительно можно немного отдохнуть. Чур я ночую в пункте управления, а ты можешь расположиться где-нибудь тут, на станции.

– Как пожелаешь, – легко согласился я.

Прежде, чем покинуть игру, я еще раз пробежался по своим характеристикам. Совсем неплохо, за один день я смог получить целых пять уровней, а спин все девять, и теперь был 29. Момент открытия второй формы становился все ближе и ближе, и мне было очень интересно, в кого же он сможет превратиться. Но это все завтра, а сейчас мне хотелось только одно – забраться в теплую постельку и отрубиться. Пожалуй, поход по подземелью в компании гремлинши можно считать даже более серьезным испытанием, чем битва один на один с боссом инстанса. Если не в физическом плане, то в эмоциональном точно.

Проверив перед выходом параметры капсулы, я убедился в том, что болевые ощущения продолжают расти и уже достигли 92,5%. Честно говоря, я уже не был уверен, что прям почувствую разницу между девяносто двумя и ста процентами боли, если меня порежут мечом или подпалят огненным шаром. А вот что все-таки случится, когда этот показатель дойдет до максимума, становилось действительно интересно. Вдруг Артем окажется прав, и интерфейс игры полностью перенесется в мой мозг, а может и наоборот, я сам скопируюсь или перенесусь в Арктанию? Впрочем, какой смысл гадать, если ответ я узнаю только когда болевые ощущения достигнут ста процентов.

Выбравшись из «яйца», я вдруг почувствовал, что мое лицо горит, словно от сильного ожога. Ощущение было такое, будто я все еще находился под действием перцового концентрата. Опять знаменитые «призрачные боли»? Но я уже давно ничего подобного не ощущал, ведь мозг уже привык к виртуальной капсуле.

Вот только подойдя к зеркалу в ванной, я увидел сильнейшее покраснение кожи.

– Да не-ет, – пробормотал я, осторожно касаясь лица. – Не может быть такого.

Одно дело призрачные боли, и совсем другое виртуальные стигматы [7] . В сети много писали о подобном, но считалось, что все это выдумки. Однако, на моем лице красовалось прямое доказательство их существования – довольно сильный ожог. Но если в игре я мог воспользоваться эликсиром здоровья и излечиться, то в реальной жизни мне оставалось лишь материться и покрывать лицо старой доброй заживляющей мазью. Похоже, игра становилась все опаснее и опаснее. И не важно, мой мозг сам воспроизвел этот ожог, или рана перенеслась из Арктании, ведь в обоих случаях боль и травма вполне реальны.