Казалось бы, невозможно было покраснеть ещё сильнее, но Полька умудрилась это сделать. Упрямо стиснув губы, она попыталась дерзко возразить, однако запиналась на каждом слове:

– Вот ещё! Я уже не реб-бёнок и могла б-бы прямо с-сказать, если бы пошла б-бы за пр… прокл… про… – Полька смолкла и опустила голову. В глазах её блеснули слёзы. Тогда Вова сжалился над девочкой:

– Ладно, схожу я тебе за мороженым. Иди у домика подожди.

– Спасибо, Вовочка! – всхлипнула Полька, обнимая вожатого за пояс. – Ты самый лучший из всех стариков.

– Полька, стукну! – хмыкнул Вова, когда хихикающая девчонка отскочила подальше. – Мне всего двадцать четыре!

– На целых десять лет старше меня, – многозначительно выдала Полька. – Зато ты ещё и самый красивый!

– Ушла отсюда, подлиза, – махнул он рукой.

– Вов… – позвала Полька, когда вожатый уже наклонился, чтобы пролезть через дыру в заборе. – Раз уж ты всё равно в магазин идёшь, то купи мне этих… женских штучек… Пожалуйста… А я никому не скажу, что ты за пивом ходил. Договорились?

– Шантажистка!

– Бизнесвумен!

Вернувшись из магазина с бутылочкой холодного пива для себя и покупками для Польки, Вова отправил девчонку спать, а сам пошёл в домик вожатых. Ночная встреча подняла ему настроение, поэтому он даже начал улыбаться.

– Кто это сделал? Опять твой Святик? – накинулась Надюшка на вошедшего.

– Тадеуш, – на автомате поправил Вова, даже не сообразив о чём она спрашивала.

Наверное, невозможно найти в лагере двух более отличающихся друг от друга ребят. Если Святик был тёмненьким, хорошо сбитым (вырастет в настоящего бычару!), гиперподвижным, и рот его просто не закрывался, то Тадеуш, обладая пепельным волосами и худосочным телосложением, говорил в день не больше десяти слов. Их постоянно путали, причём все без исключения. Даже Вова, когда не нужно было кого-то поправлять, называл Святика Тадеушем и наоборот.

– Да не важно! – раздражённо отмахнулась Надюшка. – Оба твоих троглодита.

И это правда. Только вот девушка и понятия не имела, что ребята являлись не просто членами отряда, за который отвечал Вова. Они втроём вместе с ещё одним мальчишкой Ванечкой находились на службе Общества, устраняющего нечисть втайне от большинства людей. Ванечку и Вову просто отправили отдыхать в начале лета, а Охотников прислали в июле на задание.

Периодически из окрестных деревень пропадал домашний скот. Не то чтобы часто, но и на случайность не похоже. Это мог быть заблудший брюхоюк, который спит восемь-девять месяцев в году, а остальное время мотается из одного уголка страны в другой, поедая аппетитных свинок. А мог быть и вовсе обычный волк, или даже вполне себе человеческий вор. В общем, ребятам предстояло выяснить причину и в случае необходимости её устранить. Тадеуш и Святик были Охотниками, Ванечка ещё только учился и практически не имел прав. А сам Вова с гордостью носил звание Старшего Следопыта.

Ответственным за задание назначили Тадеуша, но в силу своей природной лени он попросил Вову стать Главой и передал ему специальный прибор для мгновенной связи с руководством, внешне похожий на обычный дисковый плеер. А изнывающему от скуки Вове эта просьба показалась даром небес. Ванечка тоже с удовольствием присоединился к отряду.

Вот так вчетвером они излазили на пузе все окрестности озера в поисках следов брюхоюка. И Ванечка повезло обнаружить убежище этого мелкого пакостника! Завтра ещё до обеда Охотники собирались завершить своё задание, чтобы потом наслаждаться отдыхом в лагере.

– Давай спать? – предложил Надюшке Вова. – Или ты ещё хочешь попланировать?..

***

– Что я могу сказать, братули? – беззаботно пожал плечами Святик. – Думаю, теперь меня можно звать Святослав Пюрешевич. Хотя говорю это с тяжёлым камнем на сердце! – Охотник, закинув руки за голову, откинулся назад и принялся насвистывать задорную мелодию. – Какой-то я малость подавленный, не находите? – спустя какое-то время весело спросил он. Остальные лишь глянули неодобрительно. Однако это ничуть не убавляло его оптимизма, несмотря на то, что сдвинуться с места Святик не мог.

Во время сражения с разбушевавшимся брюхоюком, которого выследил Вова, а Охотники загнали в пещеру, Святика придавило огромным валуном. По совершенно невозможной счастливой случайности мальчишка застрял в расщелине, отчего камень лишь слегка коснулся его. Ноги тоже не пострадали, но вот вылезти из-под этой «махины» не представлялось возможным.

Вова с беспокойством оглядывался вокруг. Он никак не мог придумать способ вытащить Охотника, не привлекая ненужного внимания. Остатки брюхоюка находились аккурат под валуном, сдвинув который даже слепой заметит кашу из странной помеси каппы и утконоса, с зубами крокодила и лапищами крота. Вряд ли кто-то поверит, что все эти животные (включая мифического каппу, ага) собрались здесь совершенно случайно, а потом также случайно умерли в один миг под камнем. Тадеуш сидел на корточках чуть поодаль. Пакостник повредил его арбалет, поэтому паренёк с каменным лицом пытался привести оружие в порядок. Ванечку Володя отправил в лагерь, чтобы тот прикинул кого можно наиболее «безболезненно» позвать на помощь. И заодно поискал дерево, чтобы использовать его в качестве рычага.

– Вовась! – позвал Святик, заботливо поглаживая валун. – Как думаешь, на каком я месяце? Ты больше мальчика хочешь?

Тадеуш тихо хмыкнул, а Вова даже не повернул голову в сторону этого хохмача. Его заботили совершенно другие вопросы. Хотя, судя по следам, старый брюхоюк не думал о потомстве, поэтому гнездовье можно не искать. Но что-то в этой пещере сильно смущало бывалого Следопыта…

– Так, парни, вспоминайте, – строгим голосом потребовал Вова. – Точно про оборотней не поступало информации? Мне не нравится…

Конец ознакомительного фрагмента.