Пытаясь отдышаться, так и лежу, как растерзанная звезда, и смотрю в потолок зависшим взглядом. Мысли, подкрадывающиеся ко мне, отгоняю другими: «первый раз с Сережкой Фокиным, по которому сохла со школы, вообще был мучением, и ничего, даже люблю ему потом сказала, а тут просто неудовлетворенная женщина, что получает взамен все блага цивилизации».

В размышления врывается голос чужого мобильного, и я из любопытства перекатываюсь и бросаю взгляд на экран: Лика.

Это жена.

Читала про Олега в Google, когда еще только начала встречаться с ним, желая почерпнуть там интересующую информацию, и знаю и про семейное положение, и про детей.

Возвращаюсь на свою половину кровати. Не хочу быть пойманной за гипнотизированием телефона и чувствую горечь. Никогда не думала, что буду той третьей лишней в чьих-то отношениях, но содержанки не выбирают спонсоров, это имеющие деньги мужчины выбирают, какую женщину хотят из тех, кто готовы продать себя, словно вещи в магазине, по внешним данным или по другим понравившимся характеристикам.

Закутавшись в халат, выхожу на балкон и любуюсь утренним видом.

Красота спасет мир. Вроде так.

Надеюсь, эта красота спасет мою внутреннюю конструкцию и не лишит стойкости в моменты сомнений.

– Ненормальная! – слышу раздраженный голос Олега.

Он втягивает меня за руку в номер и, нахмурившись, смотрит в упор. Конечно же, мужчина беспокоится не обо мне, а о том, что если я заболею, то заражу и его и испорчу планы.

– Мне было не холодно! – упрямо бормочу голосом обиженного ребенка, на что получаю еще один тяжелый взгляд и фразу, не относящуюся к произошедшему эпизоду:

– Я приеду после трех. Будь готова.

Олег начинает одеваться, а я вдруг отчетливо осознаю: холод внутри меня страшнее того, что я чувствовала кожей на улице. Мне, недолюбленной в детстве, так не хватает тепла и нежности, чтобы оттаять, но от немногословного любовника я получаю только хорошие откаты за свою покладистость.

Захлопнувшаяся дверь уведомляет: он ушел.

Встаю с кровати и, смотря в одно из бесчисленных зеркал, внушаю самой себе: я красивая обеспеченная беззаботная женщина, а все остальное – мелочи жизни.

Идти на завтрак нет никакого желания, и, позвонив на ресепшен, заказываю еду в номер.

Яйца пашот на тосте с авокадо – произведение искусства! А я еще сомневалась между ними и омлетом с крабом. Хотя, возможно, надо было заказать и то, и другое и все понадкусывать.

Доедаю фрукты, которые люблю гораздо больше шоколада, а кофе допиваю, уже погрузившись в теплую воду с пушистой пеной, и, вдыхая приятный успокаивающий аромат косметики Bulgary, почти забываю о своем внутреннем раздрае. И хоть в отеле, конечно, есть spa, и можно было бы пойти туда, чтобы ликвидировать всех своих проснувшихся в голове тараканов мощным релаксом, но я побоялась, что после расслабляющих процедур заберусь обратно в постель и не заставлю себя пройтись по Цуму. А так хочется воспользоваться возможностью порадовать себя и купить что-то дорогое и красивое в самом крупном и известном люксовом магазине в России.

Носатый беленький самолетик с красной и серебряными линиями вдоль туловища и выведенным черными буквами названием Pilatus ждет нас у взлетной полосы.

Скептически оглядываю его.

Не знаю, откуда я это взяла, но для всего касающегося транспорта у меня существует аксиома: большое – значит, безопасное. Я потому и внедорожник выбрала, чтобы было нестрашно рассекать по дорогам, а тут птенчик по сравнению с огромными важными птицами рядом.

– Реактивный самолет швейцарского производства, – информирует Олег, смотря на меня со снисхождением. Он то знает мою любовь ко всему большому.

Удивленно поднимаю бровь и гляжу на него.

Это должно убедить, что самолет безопасный?!

– Он как внедорожник может приземляться на грунт и на траву.

Это, конечно, неплохо, но… мое внутреннее недоверие к маленькому не перевешивают его характеристики.

Пока Москва, пока Внуково!

Четыре ступеньки, образовавшиеся из откинутой части туловища самолета, служат трапом, и я, запихнув куда подальше свои страхи, держась за металлический поручень, поднимаюсь по ним внутрь, осознавая неоспоримый факт: не я плачу и не мне выбирать средства передвижения.

Выпрямиться в полный рост не получается. Самолетик и внутри тоже маленький, но его ослепительно белый салон с черной окантовкой по низу мне нравится.

Осматриваюсь: шесть кресел с подголовниками, обитые белой кожей, каждое у своего иллюминатора, черная шторка в хвосте – видимо, багажный отсек. Миленько.

Олег, поднявшись следом, подталкивает меня вперед и указывает на мое место.

Усаживаюсь, поднимаю подлокотники с двух сторон. Удобно.

Сев напротив, он поворачивается ко мне и произносит: