— И это наши соседи! — вздохнула она. — Те, кого мы считали лучшими друзьями. Просто не верится.

— А виной всему алчность Патти, — заметил Коул. — Все очень просто. Они захотели получить все. И что самое страшное, это им удалось бы, если бы не Тони, Оро и Томас. Коллинзы толкнули Рауля на безрассудный поступок, а Мэрилин сделала опрометчивый шаг из-за Тони. — Он посмотрел на Ройала: — Мэрилин видела, как ты относишься к Антонии. Женщины всегда чувствуют угрозу, исходящую от соперницы.

— Странные создания, — пробормотал Ройал.

— Спасибо тебе большое! — Патриция посмотрела на смеющихся братьев.

Мария принесла закуски на подносе, и Джастин спросил ее:

— Ну как там твои пациенты?

— Все в порядке. Сеньорита спит, и парень тоже. Он узнал, что его сестричка в безопасности. Томас успокоился и теперь быстрее поправится. Он сильный мальчик. Да и сеньорита такая же.

— А ребенок? — спросил Ройал, встревоженный тем, как бы Антонии не повредили испытания, выпавшие на ее долю.

— Ребенок тоже сильный. Он растет себе и растет. Если малыш так хорошо начал, сеньор, то с ним и матерью ничего не случится. И сеньорита знает, что ей делать. Не бойтесь, все это не повредило ребенку.

Ройал понимающе кивнул. Антония знала, с чем она может столкнуться. Ее смелость и отвага перед лицом врага только усиливались от сознания того, что в ней зреет новая жизнь. Состояние женщины отражается на ребенке, и Антония, догадываясь об этом, держала себя в руках. К счастью, ей не пришлось слишком долго терпеть мучения. Даже такая женщина, как она, имеет порог выносливости.

Но и сейчас, когда Антония была в безопасности в его доме, Ройал еще не оправился от страха. Он знал, что никогда не забудет, как чуть не потерял ее навсегда.

Когда пришел Лиам, Патриция тут же ускользнула к Оро. Ройал видел, что его братья, так же как и он, с нетерпением ждут, что скажет громадный ирландец. Однако никто из них не задал ему вопроса, пока он не сел в кресло со стаканом виски и доброй сигарой.

Лиам, усмехнувшись, оглядел братьев Бенкрофтов.

— Я охотник, истребляющий вредных животных, — начал он.

— Конечно, — заметил Коул. — Мне следовало бы вспомнить это имя, но я тогда был поглощен своими мыслями. «Доставьте их живыми, О'Нил».

— Только живыми? — Джастин неуверенно улыбнулся гостю.

— Это не для Лиама О'Нила, Джастин.

— Охотник за преступниками — и друг бандитов! Как это возможно? — удивился Ройал.

— Дело в том, что Хуан Рамирес спас Мне жизнь, — объяснил Лиам. — Я перед ним в долгу, поэтому никогда не преследовал его. И он это знал. Я не беспокоил таких людей, как Хуан. Борьба с ним угрожала смертью, даже если бы у тебя за спиной была целая армия.

— А я подозреваю, что ты ездил вместе с ними, — сказал Ройал.

— Да, но только по эту сторону границы.

— Выходит, ты знал Антонию? Лиам кивнул:

— Видел, когда она была малышкой. А теперь она стала красивой женщиной.

— Конечно, — согласился Ройал.

— Не знаю, давно ли ты с Антонией, но не понимаю, почему ты не скажешь ей, что покончил с той шлюхой.

— Сделаю это, когда ей станет получше.

— Поговори откровенно с Антонией, а то она вбила себе в голову, что ты хочешь ту, рыжую. Тони не согласится занять второе место.

Зная, что Лиам прав, Ройал отправился к Антонии, решив объяснить ей, почему тогда обнимал Мэрилин. Обо всем остальном, в том числе и о женитьбе, они поговорят позже, когда она поправится.

Спящая Антония казалась совсем юной. Ройала охватило желание защитить ее, хотя сейчас она в этом не нуждалась. Да к тому же Антония из тех женщин, которые стоят рядом с мужчиной, а не прячутся за его спиной.

Вдруг Ройал с удивлением заметил, что она смотрит на него. Ее глаза немного припухли от сна, но взгляд был ясен.

— Томас? — Антония посмотрела на спящего молодого человека.

— Он идет на поправку, дорогая, — заверил ее Ройал. — Мария оставила здесь бульон и настой из трав. Тебе надо как следует отдохнуть.

— Я хотела бы встать.

Ройал улыбнулся и помог ей сесть.

— Справишься сама? — спросил он, подавая Антонии чашку горячего бульона.

— Да. Я просто измотана. А раны у меня легкие.

Антония отведала бульон. У нее была масса вопросов, но она боялась услышать ответы, поскольку слишком хорошо помнила, как он обнимал Мэрилин. И ее снова пронзила боль.