***

— Эй — парень, сидевший за компьютером, подзывал к себе свою коллегу — Ты разве не говорила, что всё уладила с номером пятнадцать? У него опят сильнейший всплеск, который мешает работать системе.

— Я сразу тебе сказала, он псих, от него, надо избавиться. Почему мы не можем его заменить другим пятнадцатилеткой?

— Ты не понимаешь, у него идеальный мозг, для этого. Да и его выбрали из двух, трёх людей на нашей планете. Задумайся, почему же его просто нельзя заменить.

— А ты хотя бы можешь узнать, какая причина такого сильного эмоционального выброса? И вообще он радуется или готов сам себя зарезать.

— Я обещал начальству не заглядывать в логии — мужчина перекрестился — но это и вправду вынужденная мера.

Мужчина, открыл консоль разработчика и одним глазком, заглянул на последние системные сообщения для объекта пятнадцать, одного из двадцати четырёх. И его челюсть упала на пол.

— Если коротко ему пиз — парень осёкся вспомнив, что в компании с девушкой, лучше уж вообще не материться, а если она тебя привлекает, то тем более.

— А что конкретно — девушки и в правду не могла понять, что там мог натворить этот дерзкий школьник.

— Его ненавидят все, буквально. У него худшие отношения со всеми в игре, кроме игроков. У него нет никаких предметов практически за месяц игры, хотя все другие имеют, чуть ли не лучший уровень в игре и борьба за самый высокий уровень идёт между остальными двадцатью тремя людьми. Да и ещё, когда он воскреснет, его ждут пытки в другом измерении, которое должны дать остальным бетам, только через пару месяцев. Да это всё, что я могу тебе сказать.

Девушка даже злорадствовала над этим выскочкой, грубияном и не очень красивым мальчиком, но посмотрев всё это со стороны их общего с фирмой дела поняла.

— Да, ты прав, таких как он и правду один на два миллиарда, мне кажется, пора использовать наш второй козырь. И дать ему шанс побыть в реальности. Я как понимаю, он без баскетбола не может, поэтому так и убивается и создаёт нам проблемы.

— Да я так не думаю — парню было странно перечить подруге — Он мне кажется, просто не в том времени и не в том месте оказался.

— Второй раз?

— Твоё дело. Ладно, да всё понял, про дедлайны, закрою.

***

Вы возрождены.

Я ожидал увидеть всё кроме моей ново-старой комнаты, но похоже меня выкинули из игры.

— Ну привет — знакомый голос, глаза после игры плохо видят.

— А здравствуйте, извините, забыл ваше имя… — да неловко, но лучше так, чем никак.

— В прошлый раз ты не был таким вежливым. Можешь называть меня Лиза.

— Да в прошлый раз как-то и получше настроение было, вы уж извините, если обидел. Сами знаете, гормоны там, настроение меняется каждые две минуты. Да и Заграничье меня кое-чему научила.

— Чему же — она сидела так же как в прошлый раз, на том же самом месте, только стул был не мой, и перед ней была шахматная доска.

— Что надо соблюдать древнерусские пословицы, если не хочешь попасть в тотальные неприятности.

Я сел на такой же стул как и она, я хожу чёрными.

Пешка е четыре, ничего не обычного.

— Хороший ход.

Пешка е пять от меня, такая классика. Ферзь ха пять? Она думает я настолько тупой? Конь б шесть.

— А ты умеешь играть, не совру если скажу что не ожидала.

И ты все равно ходишь, слон ц четыре, за глупого она меня не держит, ага.

Ферзь д семь, защита от детского мата, оно. На самом деле мне даже не хочется на неё смотреть, уверен она в смятении от моей гениальности, да и когда играю в шахматы привык только на доску смотреть.

Пешка д четыре, опа сюда бесплатная пешка, хотя погоди нормальный ли это ход вообще? Может лучше напасть на ферзя конём?

— Эники, беники, ели вареники.

— А, ты что-то говорил?

— Нет, это мои мысли в слух, извините.

Ладно, пофиг, ни то не другое съем пешку конём. Она долго выбирала фигуру, я даже теперь знаю, какого цвета её ногти, да жаль конечно мы играем не на той старой шахматной доске на которой я учился. А на чёрно-белой безвкусице.

Пешка ц три, опа сюда она проиграла ладью.

— Шах.

— Ладно всё, хватит этой клоунады с шахматами.

Она убрала все фигуры.

— Хорошо — говорю я, а на самом деле хочу сказать, что ты слабая и не хочешь доигрывать после потери ладьи. Это ты ещё с моей бабушкой не играла, которая чуть ли не гроссмейстер.