— Знаешь, это неприятно, соседка, — нахмурился в ответ, но я перестала обращать на него внимание, потому как стон Лены перешёл в жалобное поскуливание, а следом раздался растерянный голос Сени:

— Твою мать…

Я подорвалась, завернувшись в одеяло, и рванула к друзьям, но замерла в дверях, увидев на полу мужчину в верхней одежде и ботинках.

— Это кто? — пролепетала растерянно, а Лена перестала издавать непонятные звуки и начала оседать на диван, цепляясь руками за воздух.

Арсений подхватил ее, помог сесть и ответил:

— Без понятия. Но, походу, он труп.

— В смысле? — хохотнула нервно и решительно подошла к мужчине, легонько пнув его ногой. — Эй ты, вставай.

— Вишня, — поморщился Арсений, — я пробовал. Каюк мужику.

— Да ты прикалываешься, — фыркнула, опускаясь на колени и вглядываясь в его лицо. Наклонилась и дунула ему в глаза. Ничего. Даже ресницы не дрогнули. Мороз пробежал по коже, я поднялась, сходила в прихожую и вернулась с зеркальцем, вновь опустившись на пол. Ничего.

— Труп, — всхлипнула Лена.

— Ну, ахереть, — простонал Павел раздраженно и с силой пнул лежачего по ногам. И снова ничего.

— Кто это? — спросила у него, задрав голову и продолжая сидеть на полу, отлично понимая, что ноги меня не удержат, а значит, и рыпаться не стоит.

— А мне откуда знать? — возмутился в ответ. — Твоя хата.

— Ладно… — вздохнула в ответ, — тогда другой вопрос: ты тут откуда?

— Ты сама меня пригласила, — по голосу чувствовалось, парня я все-таки обидела. — Или ты с утра квасить начала и не помнишь?

— Так ты про утро? — обрадовалась непонятно чему. — Ты сам себя пригласил.

— Возможно, — ответил уклончиво, — но я пришёл и ты не возражала.

И сказать он мог что угодно, но проверить это было невозможно: я ни черта не помнила. Возможно, у друзей память не отшибло, но уточнять при нем я сочла невежливым.

— Надо звонить в полицию, — вздохнула, с трудом поднимаясь, а Павел и Сеня рявкнули в два голоса:

— Нет.

— В смысле нет?! — взвизгнула Лена.

— В прямом, — проворчал Сеня. — Нельзя в полицию. Мало ли кто это, что ему было надо и кто его грохнул.

— Вот и разберутся, — возмутилась Лена, а я согласно закивала.

— Ага, а теперь прикинь сюда, — ответил Сеня язвительно, — приезжают они такие, начинают вопросы задавать и что ты ответишь? Что без понятия кто он и что тут забыл. Очень правдоподобно.

— Но если я без понятия… — пролепетала подруга и обмякла на диване, театрально приложив руку ко лбу, прикрыв глаза и озвучив очевидное: — Ни черта не помню. Даже то, как мы приехали. И особенно, нахрена, — и приоткрыла глаза, чтобы бросить на меня суровый взгляд, но тут же закрыла, вздохнув: — Особенно, я…

Арсений закатил глаза, а Павел наклонился и резко перевернул мужчину на спину, опустив его прямо мне на колени. Я замычала, дико вращая глазами и подняв руки в воздух, боясь к нему прикоснуться, чтобы спихнуть с себя. Сеня вздохнул и посмотрел на Павла с укором, проворчав:

— Ну какого хрена, мужик.

Присел и они оба начали шарить по его карманам, перестав обращать на меня внимание. Я собралась заорать, до погромче, как вдруг Павел достал из кармана джинс мертвого мужика бумажник, вытащил из него права и поморщился, передав Арсению. Тот скривился ещё сильнее, оба сели на пол, а я собралась с силами и выползла из-под безжизненного тела. Появилось ощущение, что эти двое довольно неплохо друг друга знают или, как минимум, оба знают мертвого. Я выхватила права из рук Сени и сравнила с личностью на полу. Точно он. Куманов Александр Витальевич, но его имя лично мне ни о чем не сказало.

— Кто это? — повторила свой вопрос, парни вновь переглянулись и Сеня процедил сквозь зубы:

— Кума.

— И что Кума забыл в моей квартире?

— А вот это очень, очень интересный вопрос, — протянул Павел задумчиво, — и я надеялся, ответ знаешь именно ты.

— Ну да, — состроила рожицу в ответ, — хата-то моя.

— Именно.

— Только вот я его впервые вижу, в отличии от вас, — продолжила язвительно, а Лена ожила на диване:

— Кума помер?!

— Так! — рявкнула, неловко поднимаясь в одеяле. — Запарили, я звоню в полицию.

Пошла в спальню за мобильным, а Сеня кинулся за мной:

— Вишня!

— Чего? — проворчала, оборачиваясь.

Сеня прикрыл за собой дверь и нервно потёр лоб, собираясь с мыслями.

— Если кто-нибудь узнает, что он окочурился в твоей квартире, нам всем крышка. Никто не поверит, что мы все были в отключке. Я же правильно понял, ты нихрена не помнишь? С трудом могу представить, что ты в здравом уме стала бы спать с этим хряком.

Я поморщилась и пошла к шкафу. Достала белье и скинула одеяло, стоя спиной к другу.