— Вообще-то, — резко прерываю его монолог. — Я действительно… — Он перебивает меня, не давая досказать.

— С тебя три доклада по моему предмету, — только я хочу возразить, но нет, даже рот открыть не успеваю. — По одному докладу на каждую пропущенную тобой лекцию, — поясняет он.

— Не много ли? С какой стати мне их делать? У меня есть справка о больничном, так что, Ян Дмитриевич, я не обязана отрабатывать пропущенный материал, — почувствовав приплыв сил, иронично, с наигранным сожалением в голосе заявила я. Ехидная улыбка не сходила с его лица ни на секунду и подавляла мою уверенность в себе.

— Щербакова, меня не волнуют твои справки, — не отводит от меня взгляда, а это ещё сильнее разжигает злостный огонь внутри меня. — Ты пропустила три модульных работы и тебе придётся здорово постараться, чтобы получить допуск к сессии, — он говорит спокойно, но всем видом неистово раздражает меня. — Вообще я считаю, что твои знания посредственные и никак не тянут на автоматы, которые тебе уже пообещали некоторые преподаватели. Пусть другие закрывают на это глаза — я не буду поступать также, — такого удара по собственному самолюбию точно не ожидала. Ощутилось, будто меня унизили ниже плинтуса. Особо печально осознавать, что он прав.

— Вот увидите, что Вы, Ян Дмитриевич, ошибаетесь, — выдавливаю насмешливую улыбку, чтобы не показывать, что его слова меня задели. — Придётся ещё прощение просить за свои ошибочные утверждения, — я гордо приподнимаю подбородок немного вверх.

— Самоуверенности тебе не занимать, — эти слова немного попускают меня. — Ты должна идеально владеть материалом, Щербакова, и заинтриговать всю аудиторию информацией, как делаю я, — уже не хочу вылить на него чай, так как он остыл, но треснуть сковородкой по голове не отказалась бы, и, похоже, это явно читается на моем лице.

Просто до жути бесит его из ниоткуда взявшаяся надменность.

— Завтра жду первый доклад. Он должен быть достойным студентки, профильным которой является мой предмет, иначе не допущу к зачёту, — он резко допивает свой чай одним глотком и молча идет к двери.

— То есть Вы ждали меня, чтобы сказать о докладах? — не скрывая возмущения, спрашиваю, пока открываю входную дверь.

— Вообще, я заехал за своим пиджаком, — собирается уже покинуть мою квартиру, а я в нетерпении жду, чтобы захлопнуть за ним дверь.

— Подождите, сейчас принесу, — хочу уже рвануть за ним, но меня тут же останавливает его голос.

— Не нужно, будет повод прийти в гости, если снова отобьёшься от рук, — колко, но в то же время серьёзно предостерегает Ян Дмитриевич и тут же скрывается за дверью, закрывая её за собой.

Это настолько выводит из себя, что возникает желание рвать и метать. Меня буквально трусит от злости и задетой самооценки. Ещё никогда никто не принижал так мои успехи и достижения.

Взяв себя в руки, поднимаюсь в свою комнату готовить этот чёртов доклад, несмотря на довольно позднее время и на то, что после общения с преподавателем, из меня будто все силы соковыжималкой выпустили. Спать ложусь, только когда полностью уверена, что доклад изучен мной вдоль и поперек.

Ну что же, Ян Дмитриевич, ещё посмотрим, кто из нас довольно посредственно знает материал.

Стоит ли говорить о том, что я совершенно не выспалась из-за доклада, который готовила до раннего утра? Будильник зазвонил, а меня преследовало ощущение, что вовсе и не спала, а только на пару минут успела прикрыть глаза, как тут же пришлось их открывать.

Настроение, в общем, не задалось с самого пробуждения, и раздражать начало абсолютно всё. Вода, которая никак не настраивалась на нужную температуру, тем самым то обжигая нежную кожу, то вызывая гусиную кожицу от холода. Волосы, что ни в какую не хотели ровно ложиться под воздействием утюжка. Помятые вещи, добившие мои последние нервные клетки, так как их пришлось гладить, потому что забыла об этом вчера. К слову, так же, как и сложить тетради в сумку. И вот, вроде бы ничего страшного, а на самом деле сущий ад, ведь постоянно затаскиваю их по всему дому, пока учу конспект. И найти после этого потерянную вещь слишком непосильная задача.

Едва я справилась со всеми поставленными задачами, мой желудок «пропел» о надобности перекусить. В голове тут же всплыло, что за вчера я фактически ничего и не съела. Сколько раз он уже ставил меня в неудобное положение, начиная исполнять свои дифирамбы — к слову, это народные гимны бурного оргиастического характера, — прямо посреди занятия, тем самым привлекая ко мне внимание большей части аудитории.

Нет, ну мне чисто интересно, если только у меня на занятиях урчит живот, а у остальных нет, кто тогда выкладывает в сеть смешные посты по этому поводу? И откуда на них набирается столько лайков и репостов?

Во избежание подобного хотя бы сегодня, решаюсь на шаг, который приводит меня в шоковое состояние — позавтракать. Для меня это нечто из разряда фантастики. Я скорее поверю в существование инопланетян, призраков и в прочие сказки, чем в то, что когда-то начну есть по утрам. Но какая-то капля здравого разума ещё остается в моей черепной коробке, и я прекрасно осознаю — сегодня это просто необходимо.

Правда, кто говорил, что жизнь в очередной раз не повернется ко мне спиной? Тот факт, что в холодильнике нет ничего кроме сока и всякой ерунды вроде кетчупа, майонеза, горчицы меня совсем не удивляет. Родители уехали и всю еду забрали с собой к друзьям. Видимо, даже они не ожидали такого поворота событий. Ну как бы, что теперь делать?