— За плохие новости в давние времена казнили. — Припугнула глава.

— В той стороне находится какой-то лагерь. Он больше того, в котором были мы и там есть строения. — Сообщил я. — Километра три отсюда. Если не плутать, то через час будем у стен.

— Надо идти. Народ уже отдохнул. — Засобирался Егерь.

— Хотите глянуть, что стало с парнем, который попил из лужи? — Хитро поинтересовался чиновник.

— Превратился в зомби? — Пошутил я.

Нет, он не превратился в зомби. Пока мы с Айрис лазали на скалу, тело несчастного почти полностью растворилось, включая кости. Жутко было видеть одежду и волосы в студенистой лужице. Народ держался подальше от растворившегося трупа, словно боялся подхватить заразу.

— Природа заметает следы. — Чиновник хихикнул. — Растворяет трупы в кислоте.

— Не замела, если бы он контролировал себя. — Ответил я резко. — Так построились, продолжаем движение. — Выкрикнул я громко.

Айрис самостоятельно ушла в конец колонны. Егерь попросил остаться рядом, хотел переговорить о чем-то. Я разрешил. В конце-концов я не настоящий полководец и никому не обещал вести к победе.

— Слушай, стрелок, я же вижу, что ты будто в теме. Уверенный такой, словно знаешь больше нашего. У меня это вызывает ощущение, что ты заодно с теми, кто нас сюда затащил, просто вы с женой, или кто она там тебе на самом деле, играете роль проводников, чтобы мы пришли к ним в лапы.

Я представил себя на его месте и понял, что задался бы теми же вопросами точно так же. Как разубедить его, я не знал.

— Зачем им проводники, если бы они сразу могли доставить вас туда, куда нужно? Зачем было подвозить оружие, если они могли использовать аппарат, которые его привез, для нашей погрузки и транспортировки? Я не в теме, поверь, просто опыт большой в подобных делах. И у жены тоже. Будет лучше, если ты все-таки поверишь нам и перестанешь терзаться сомнениями и предположениями.

— И что тогда будет?

— Возможно мы доживем до того момента, когда нас вернут на Землю.

— На Землю. — Хмыкнул Егерь. — Если мы уже не сдохли.

— Не сдохли. Два раза не умирают, а мы видели сегодня, как люди умирали по-настоящему. Иди на свое место, поговорим в следующий раз, когда дойдем до лагеря.

— Ладно. — Егерь ушел.

Каждый, кто шел сейчас по горячим камням неизвестной планеты держал в уме вопрос насчет того, насколько реально происходящее и стоит ли оно напряжения сил или лучше сразу погибнуть, не перенапрягаясь. Большинству землян проще было поверить в посмертный мир, чем в жизнь на другой планете, потому что все мы смертны и невольно задумываемся о том, что будет после жизни. Наверное, я в таком варианте рассматривался как проводник к вратам, за которыми решалась судьба заслуженного распределения души. Отлично, умерший человек должен меньше бояться и стремиться успеть наделать хороших дел до начала страшного суда.

Я обернулся назад, чтобы посмотреть, как чувствуют себя люди. Народ шел в полной тишине и только зыркал глазами по сторонам, реагируя на движения хищных растений. Трансформация от растерянного идиотизма до сконцентрированной внимательности прошла всего за несколько часов. Даже женщины, которых в колонне было немного, вели себя по-мужски. Только две из них не несли оружие, остальные забрали его у раненых и выглядели вполне боевыми единицами.

Через час, как я и обещал, показались высокие стены лагеря. Вблизи он оказался намного больше, чем издали. Самая длинная сторона терялась за растениями, мешающими оценить реальные размеры. Думаю, она составляла около километра. Егерь, Айрис и Водяницкий, хотя его никто не звал, собрались на военный совет, решить, как попасть внутрь. Воротами лагерь не располагал.

— Ворот не будет. — Твердо заявила Айрис. — Створки откроются так же, как и в том лагере, когда придет время. Будьте уверены, за нами постоянно наблюдают.

— Томительное ожидание. — Вздохнул глава администрации. — Хотелось бы скорее убраться с глаз, или чем они на нас смотрят, от этих бешеных кактусов. Никогда больше не буду держать дома растения. — Он вытер мокрый лоб и помахал ладонями в лицо. — Вот пекло. Чего они не засохнут на такой жаре?

— Глубокая корневая система. — Со знанием дела заявил Егерь. — Это суккуленты, приспособленные к жизни в сухом жарком климате. Ты видел, какой у них густой сок. Он позволяет запирать влагу в клетке, не давая ей испаряться.

— А, ну, да, ты же у нас по природе спец. — Водяницкий снова вытер мокрый лоб и шею. — А вот моя вода не держится в клетках, выходит с потом. Слушайте, а я ведь еще ни разу не писал, и даже не хочу. Кто-нибудь писал уже? — Спросил он громко.

— А что вы там обсуждаете? — Поинтересовался мужчина из толпы. — Давайте копать под забор, если других вариантов нет.

— А что, голь на выдумки хитра. — Согласился чиновник. — Давайте копать.

— Копалки кто-нибудь взял с собой? — Поинтересовался я у людей.

Оказалось, что бутылочные «розочки» никто не взял, и никакого подходящего инструмента больше не имелось. Возможно, здесь все было устроено, как в игре, надо было зайти в определенное место, чтобы сработал триггер, запускающий скрипт открытия дверей.

— Оставайтесь здесь, а я обойду лагерь. Если найду открытое место, выстрелю в воздух.

— Я с тобой. — Засобиралась Айрис.

Егерь подозрительно посмотрел на нас.