— Не уверена, что заслужила его одобрение, — заметила Лили, глядя ему вслед.

— Вот что значит иметь слуг, знавших вас еще с пеленок! Но вас это не должно волновать. Ну, миссис Уинтроп, — не правда ли, странно звучит, поскольку я тоже Уинтроп, Найт Уинтроп.

Он поклонился.

Лили изумленно посмотрела на Найта и, поднявшись, ответила реверансом:

— Я Лили Уинтроп, к несчастью вдова Триса. Он умер в прошлом месяце, в Брюсселе.

— Мне очень жаль. Как его случилось? Он долго болел?

Лили отвела глаза, но Найт успел заметить промелькнувшее в них выражение боли:

— Нет, его убили кинжалом в спину. Стражники сказали, что это были, грабители. Их так и не поймали, по крайней мере к тому времени, как я с детьми уехала из Брюсселя.

— Где же вы были до сих пор? Уже почти конец октября. Ах, простите, садитесь пожалуйста, миссис Уинтроп.

Лили одарила его очаровательной улыбкой и тут же посерьезнела, так быстро и бесповоротно, словно задвинула тяжелые занавеси от яркого света.

— У сестры Триса, в Йоркшире.

— Господи, я и забыл о Дэмсонах. Их ведь так зовут?

Лили молча кивнула.

Найт помедлил, глядя на нее сверху вниз. В отблесках каминного пламени ее волосы казались жидким медом. Он снова сглотнул. Черт возьми, ведь он терпеть не может мед!

— Насколько я понял, речь шла об Арнольде?

— Да, муже Гертруды. Там нам жилось не очень хорошо, поэтому мы решили уехать. И два дня были в пути.

Лили боялась, что Гертруда может потребовать опеки над детьми, поэтому они тайком, на рассвете, покинули дом. Но ему она о своих опасениях ничего не сказала.

— Это длинное путешествие. Вы приехали дилижансом?

— Конечно.

— Вы слишком молоды, чтобы быть матерью Тео или Сема. Собственно говоря, даже Лора Бет…

— Лора Бет — моя дочь. Ел четыре года. Тео и Сэм мои пасынки. Первая жена Триса умерла шесть лет назад.

Даже это было не правдой. Элизабет скончалась при родах Лоры Бет, четыре года назад.

— Все равно, вы кажетесь слишком юной, чтобы быть матерью четырехлетней девочки, — задумчиво пробормотал Найт, больше себе, чем ей.

Лили поспешно выпрямилась. Его во что бы то ни стало необходимо убедить!

— Мне двадцать три года, — заявила она, и выражение ее глаз заставило Найта отступить. Он принес кресло и уселся напротив Лили:

— Пожалуйста, пейте чай. Катберт, помимо всего прочего, славится своими сэндвичами. Почему же вы уехали от Дэмсонов?

Он, конечно, мог предугадать ответ: только раз взглянув на нее, мужчина способен окончательно Потерять голову, честь и все добродетели, которыми мог обладать. Найт сам не понимал, почему спрашивает молодую женщину об этом.

— Мы не были счастливы там и никому особенно не были нужны. Кроме того, там был еще и Уродина Арнольд, как его прозвали дети. Видите ли, незадолго до смерти Трис велел мне ехать к Гертруде, если что-нибудь случится с ним, ну а, если нам у нее не понравится… тогда… тогда остаетесь вы, его кузен. — Лили прямо, не мигая, взглянула ему в глаза. — Мы здесь, потому что нам больше некуда идти. Я могу позаботиться о себе, не думайте, что я собираюсь просить милостыни у вас, милорд. Но дети… у нас совсем нет денег. Они чудесные малыши и заслуживают большего, чем я могу им дать.

— Тристан оставил вас без средств? Вопрос был достаточно резким, но вдова Уинтроп, очевидно, желала откровенного разговора.

— Да, почти. После того как я похоронила его и продала все, что могла, у нас осталось только сорок фунтов.

Лили помедлила, и Найт, заметив, как нервно она теребит складки платья, небрежно спросил:

— Не нальете ли вы мне чаю?

— Конечно, — с готовностью согласилась Лили, радуясь, что может быть чем-то полезна.

Найт пристально наблюдал за девушкой, восхищаясь грацией ее движений, понимая, что перед ним истинно благородная леди, леди до мозга костей, невзирая на недостаток средств и неясное будущее.

— Молока совсем немного, пожалуйста. — Руки Лили слегка дрожали, и Найт почувствовал угрызения совести. Она, без сомнения, очень устала, боится, что он откажет ей и детям в приюте и безжалостно выставит на улицу. Поняв это, он спокойно, не повышая голоса, сказал:

— Пожалуйста, не стоит больше мучить себя н зря беспокоиться по пустякам. Вам нужно поесть, а потом миссис Олгуд проводит вас в спальню. Вы с детьми в полной безопасности. Клянусь всеми святыми, я не Уродина Арнольд и позабочусь о вас, — выпалил Найт, сам потрясенный столь неожиданными словами. Что за дьявол в него вселился? С чего это он обещает подобные вещи?