Осклабившись, Варгард громко захохотал:

— Меня нельзя убить! А вот я с вами скоро покончу, жалкие презренные мозгляки, можете даже не сомневаться!

***

На каждом из флангов, где сотня великанов столкнулась с всадниками, ситуация для легионеров развивалась ещё более трагично, чем в центре.

Эффективная против людей и гоблинов конница оказалась совершенно несостоятельна при столкновении с ограми. Великаны опрокидывали лошадей вместе с всадниками, внося хаос в ряды легионеров и сокрушая их боевой порядок. Сваленных наземь добивали ударами дубин. В этот раз огры не разбредались в разные стороны, растягивая фронт. Они держались вместе, не давая себя окружить по отдельности и сводя численное превосходство людей практически к нулю. В итоге, бессмысленно потеряв больше половины состава, легионеры вынуждены были отступить.

Разгром войска был окончательно завершён, как только в тылу людей показались расправившиеся с всадниками великаны. Битва тут же превратилась в кровавую расправу. Ещё десять минут, и на поле боя не осталось ни одного живого человека. Последним Варгард убил командующего легионом сэра Амитора, вырвав ему из груди сердце.

Итоги этого сражения — решение о котором было принято насколько смелым и решительным, настолько же и не отличавшимся большим умом сэром Амитором — были печальны! Из трёх тысяч копейщиков, тысячи мечников, тысячи лучников, тысячи всадников и пятидесяти рыцарей, принимавших участие в этой битве против пяти сотен огров, в живых осталось чуть более тысячи. Бегством удалось спастись половине всадников, тридцати рыцарям и семистам лучникам, преследовать которых у огров просто не было времени. Копейщики же и мечники полегли в полном составе.

Потери самих огров на этом фоне казались незначительными. Сорок семь воинов были убиты, ещё шестьдесят — ранены, причём, только треть из них: тяжело.

Варгард стоял сейчас посреди этого побоища. Весь в крови, он был опьянён победой.

— Да свершится справедливая месть! — он вскинул вверх окровавленную палицу. — Да здравствуют огры!

— Да здравствуют огры! — взревел ему в ответ громкий нестройный хор. — Да здравствует Варгард!

Слова можно было разобрать только с большим трудом. И хотя сейчас монстр упивался своим триумфом, на самом деле, в его душе только начинал разгораться злобный пожар ненависти, залить который он собирался потоками человеческой крови.

***

Люди же в это время готовились к обороне. На стены затаскивали воду, камни, смолу, стрелы, дрова для разжигания котлов и всё, что, по их мнению, могло ещё понадобиться для защиты города. Все уже знали о печальной судьбе, постигшей легион: об этом рассказали оставшиеся в живых, сумевшие благополучно добраться до ворот.

Огры появились под стенами Аргора примерно через два часа после того, как там оказался Алекс. Они остановились на расстоянии, недосягаемом для стрел и начали разбивать лагерь. Люди видели, как великаны возятся с повозками, наполненными камнями для рогаток и частями какой-то непонятной деревянной конструкции. Затем они принялись устанавливать огромные каркасы, сделанные из толстых ветвей и обтягивать их шкурами.

Наконец, они выкатили огромные бочки с элем, которым разжились в сожжённом поселении, и стали разводить костры для того, чтобы поджарить над огнём бычьи туши. Через несколько часов, когда стало уже вечереть, великаны устроили настоящий пир, отмечая сегодняшнюю победу обильной выпивкой, едой и дикой невиданной пляской, устроенной ими вокруг разведённого огромного костра, освещавшего большую площадь вокруг себя своими яркими жёлтыми отблесками.

— Всё, — Алекс повернулся к Орею, — сегодня штурма не будет. Теперь эти разбойники до утра будут праздновать свою кровавую победу.

— Да чтоб они все полопались да передохли! — буркнул Орей, не спуская глаз с творившейся невдалеке вакханалии.

— Да уж, — усмехнулся в ответ Алекс, — это было бы забавно! Но, вряд ли нам так повезёт.

Этот тяжёлый для всех день подходил к концу, и люди устраивались на отдых, прямо на стене. За исключением, конечно, караульных, наблюдавших за лагерем врага.

Алекс пока что спать не хотел, поэтому не стал делать сегодня исключение и занялся медитацией, отключив сознание от происходящего вокруг него.

***

Утром начался штурм!

Огры под прикрытием щитов подошли вплотную к воротам. В ответ на летевшие стрелы, пращники запускали из огромных рогаток камни размером с крупное яблоко. Попадая в стену, они с громким звучным треском рассыпались на части, выбивая осколки каменной кладки, крошку и искры. Но если стрелку удавался точный выстрел, и камень, залетая на стену, попадал в цель, он наносил заметный ущерб, калеча защитников или разнося вдребезги сложенные там вещи.

С собой огры притащили ту самую непонятную деревянную конструкцию, части которой люди видели вчера на телегах. Теперь она была уже собрана и превратилась в огромного размера таран: горизонтально подвешенное на толстых канатах массивное бревно с закруглённым железным набалдашником. Сверху его накрывала двускатная крыша, предохраняя воинов от стрел.

После первого же удара ворота заметно вздрогнули, и стало понятно, что долго они не продержатся. Сверху полетели камни. Но, даже те, которые достигали цели, скатывались по крыше, не причиняя ей особенного вреда. Второй удар сотряс створки.

— Приготовьтесь стрелять! — Алекс обращался к лучникам, находящимся недалеко от него. — Сейчас я внесу небольшие коррективы в их планы.

С этими словами он сконцентрировался и, выглянув из-за стены и направив ладонь в сторону тарана, произнёс заклинание. Огненный шар размером с кокосовый орех отделился от его ладони и попал в крышу, прикрывающую стенобитное орудие и тех, кто приводил его сейчас в действие.