За неделю перебирания всей квартиры устала нещадно, сделали три рейса на дачу. Кучу вещей раздали знакомым и друзьям. Не меньшую кучу просто выбросили.

И вот я прошлась по своей пустой квартире. Родители, как чувствовали, что скоро уйдут из жизни, оформили на меня дарственную на квартиру. Так что проблем с документами при продаже не возникло.

Эх, предусмотрительные родители. Как же я буду без вас?

Отвлекаюсь на звук телефонного звонка.

— Да, привет, Даша, — моя подруга принимает активное участие в моем переселении.

— Катюша, вы уже все собрали? — ее звонкий голосок всегда у меня вызывает улыбку. Я осматриваю комнату, пустые шкафы и полки. Сегодня буду передавать ключи и переночуем с сыном у Даши. Все сумки и багаж уже отправлен транспортной компанией, так что с нами только легкая ручная кладь. Завтра самолёт, и мы окажемся в столице раньше, чем приедут наши пожитки.

— Ну да, вроде все, — бросаю я в трубку.

— Когда за вами заехать?

— Вот-вот придут покупатели, пока подпишем акт передачи. Думаю, через полчаса и освобожусь, — и только я произнесла эти слова, как в дверь позвонили. — Все, уже пришли покупатели. Я побежала.

— Ок, тогда через полчаса я у подъезда! — кричит Дашка и отключается.

Мы быстро подписываем акт приёма-передачи квартиры новым владельцам и, пожелав им всего доброго, подхватили свои вещи, выскочили в подъезд. На душе какое-то детское предвкушение чего-то грядущего. Сын тоже улыбается во все тридцать два. И мы смотрим друг на друга, а потом смеёмся. Вот так, без причины, без повода.

Около подъезда нас ждёт Дашка на своей мини-машинке.

— Ну как все прошло? — она удивленно смотрит на наши радостные лица.

— Все супер! — сын забирает у меня дорожную сумку и галантно открывает мне переднюю дверь машины.

— Мерси, — я делаю шуточный «книксен» и усаживаюсь рядом с подругой.

— Ну что, поехали в новую жизнь? — Дашка заводит двигатель своей малышки.

— Поехали! — отзывается сын, усевшись сзади с нашими двумя сумками.

****

Сидим с Дарьей на кухне. Завтра с утра у нас с сыном самолёт, а мы с подругой навеселе. Никогда не злоупотребляла алкоголем и сейчас не думала, что меня так развезет. Но подруга настояла на «проводах» меня в новую жизнь.

— А давай в клуб рванем? — выдаёт гениальную идею Дарья.

— Ой, че там делать? Я уже стара для клубов, — отнекиваюсь. — Да мне и одеть нечего, в сумке-то пара джинс и футболка.

— Я тебе своё платье дам. Подумаешь — беда! Ты когда последний раз в клубе-то была? До того, как Валерку родила? Может, хватит себя уже в старухи записывать? Снимем по молоденькому парнишке и зажжем, — подруга играет бровями, а потом с осуждением смотрит на меня. А мне действительно стыдно.

— Хорошо, давай. Только, чур, поприличнее, — я предостерегающе выставляю палец вперёд, предполагая, что подсунет мне самое свое блядское платье. Даша, естественно, кивает и тащит выбирать мне наряд.

Мой сын с удивлением провожает взглядом наше дефиле. Он смотрит телевизор в соседней комнате. Мы выбираем платья. Дарья натягивает на себя кружевное облегающее, красит губы алой помадой, волосы поднимает наверх, делая объёмную причёску, подкрашивает глаза. Все, знойная брюнетка готова! Я же не могу выбрать. После смерти родителей я знатно похудела, и на мне одежда Дарьи выглядит не очень. Складывается ощущение, что я взяла у мамы поносить взрослые вещи. Фигура стала худощавой и по-подростковому угловатой. Даша сует мне нежно голубое платье.

— Это должно на тебе сесть! Ему, правда, сто лет в обед, но мода циклична. Так что ты будешь в тренде! — подруга прикладывает ко мне платье, прищуривается, а я с сомнением смотрю на своё отражение. Цвет волос у меня светлый, я практически платиновая блондинка. При этом это мой натуральный цвет волос. По молодости красила, конечно, волосы, но такого уникального цвета найти не смогла и перестала, отрастив свой родной. Волосы длинные до попы, гладкие, тяжёлые, с ними сложно делать укладки. На работу я их всегда в тугой пучок скручивала и не забивала голову. Платьице село на меня как влитое. И я смотрела на себя и не узнавала. Ну, точно, студентка-выпускница! Ну никак не взрослая тетя с сыном-подростком.

— Напомни, а сколько лет этому наряду? — я лукаво смотрю на Дашу.

— Сколько лет, сколько лет? Ровесник сына твоего, — смеётся подруга. — Ладно, пошли уже благословения у мужчины твоего спрашивать на гулянки до утра.

— До утра я не могу, самолёт же. Ты забыла?

— Да не забыла я. Забудешь тут с тобой.

Валерка скептически осмотрел двух поддатых дам, которых потянуло на приключения. Только уточнил, где мы будем. Так, на всякий случай. Мы вызвали такси и рванули.

Когда зашла в клуб, меня накрыло музыкой и молодежными ритмами. Тело само просилось в пляс, а я отбросила мысли о возрасте, статусе преподавателя. О том, что обо мне могут подумать и пошла в отрыв. Так я не веселилась никогда. Уточню, я вообще не веселилась так никогда в жизни! Столик мы не занимали, а бегали к бару освежиться. И пили мы далеко не сок. Хоть и входил он в состав напитка, но остальные ингредиенты заставляли нас веселиться и пьянеть прям на глазах.