Парни рассаживаются и включаются в работу. Пока меня не было, шустрая Ирина уже комсомольскую ячейку организовала и подячейки тоже! Мало того — уже выбрали комсорга курса, а это плохо, я хотел заставить кого-то из афганцев этим заняться. Виду не подаю, незачем ссориться на глазах у первокурсников, но глаза на личное дело парня, нового комсорга, скосил. Ирка подсунула шустро бумажки. Евгений Денисенко, пятнадцать лет, из Красноярска, но написал, что в общежитие нуждается. Хотя у нас и красноярцы живут, удобнее так. КМС по вольной борьбе, полуфиналист турнира Котельникова этого года. Уже неплохо. Странно, что он не в ШВСМ. Охушки! Это сын нашего второго секретаря горкома ВЛКСМ! Я думаю, чего мне фамилия знакомая? Именно этот мужик мне рассказывал весной про то, как он ездил на фестиваль молодёжи в Берлин, в семьдесят третьем, кажется. Ну, тогда Иру и ругать не за что.

Собрание закончилось, ребята разбежались по комнатам, а я, новый член комсомольской ячейки Евгений и Ира остались наметить планы на ближайшие до отъезда в колхоз дни. Хотя ещё и Лена эта стоит, ничего не говорит, лицо недовольное, Ирка её игнорит.

— Посторонних прошу выйти, — мстительно говорю я алкашке.

— Я это … извиниться хотела, — сбилась голосом на фальцет Лена.

— А за что? — спросил я.

— За пощёчину, злая была и голова болела, — выдавила из себя залётчица.

— На первый раз можно выговор без занесения, — некстати влез Женёк.

— А за пьянку извиниться не хочешь? А за ночевку в комнате у мальчиков? — не обращаю внимания на реплику неопытного комсомольца.

— Не ночевала я! Утром пришла на опохмелку! У меня брат в Афгане погиб, вот парни мне и налили, а так я не пью, — призналась девушка.

— Проверим насчет брата, судя по личному делу, ты одна в семье, — сказал я.

— Двоюродный брат, но мы дружили, не буду я больше.

— Не знаю. Ир, моё предложение — выгнать её из комсомола и из школы, с директором я решу.

— Не надо, будем считать, что выговор пока у неё есть, — неожиданно пошла на мировую полячка.

На этом и решили. Вечером приехал Ким и утвердил наше решение, а также поблагодарил за наведения порядка в школе лично меня.

— Что с этой воспитательницей делать, которая вчера пьянку не укараулила — ума не приложу, нет у неё авторитета, и вообще, побаивается она работы, — сказал Николай Сергеевич, имея в виду бывшую пассию комсорга Пашки.

— Анна Дмитриевна с первым курсом поедет? — спросил я.

— Ну а кто ещё, правда, помощника нет для неё, такого… вроде тебя. Точно! — вспомнил Ким про меня. — Езжай-ка ты с Анной Дмитриевной вместе.

— А деньги? — спросил меркантильный я.

— Как положено, сто сорок ре за месяц, там чуть меньше выйдет, так кормить вас будут же, — пояснил директор.

— Есть предложение не хуже, поговорю с этими армейцами, неужели порядок не наведут? А будут пить — выгоним, — предложил я.

— А зачем тебя Капелько вызывает? — сменил тему Николай Сергеевич, не говоря «да» моей идее.

— Завтра узнаю, — пожал плечами я.

Оно и ясно, тоже подумал бы о таких помощниках с осторожностью. Но как неохота самому ехать и отвечать за четыре десятка школьников, да ещё за сто рублей в месяц.

Утром, при полном параде, я уже сижу в приемной первого секретаря горкома КПСС.

Первый секретарь горкома выглядит просто, словно не чиновник, а работяга. Этим невольно вызывает доверие к себе у рабочего класса. Ходит в недорогом костюме, без галстука, на лацкане пиджака два значка — один непонятный и депутата Верховного Совета СССР.

Предложили чай — я не отказался. За чаем он стал расспрашивать про мои дела, делая упор на спорт, в основном, а не на комсомольскую работу. Неожиданно я разговорился и, возможно, лишку сболтнул.

— Хотели мы тебя выдвинуть в горком ВЛКСМ, пора к настоящей комсомольской работе подключаться, но из нашего «Динамо» за тебя просили очень. На сборах ты хорош был, есть шансы на чемпионат Европы поехать, а у тебя ещё и учёба. Так что решили пока ограничиться поручением тебе отдельного комсомольского задания, — перешел к причине вызова Владимир Прохорович. — Уже скоро будет очередной день рожденья ВЛКСМ, и выяснилось, что наш городской комитет комсомола не то чтобы упустил процесс подготовки, а не прилагает достаточно сил для организации достойного праздника. Вот ты в Черненко был же?

— Это Шарыпово бывшее? Да был, не совсем там, а рядом, год назад мы помогали сельчанам со сбором урожая, — вспомнил я.

— Так вот, у них, например, будет фестиваль авторской песни на озере Линёво! Отличная и современная форма работы с молодежью!

— А не холодно — конец октября на озере? — засомневался я.

— Решат уж как-нибудь, — отмахнулся Капелько. — А вот взял наш план празднования городской, и там то же самое, что и в прошлый год — физкультсоревнования, заседания, лекции, будто нет иных вариантов! Мало того! Из семи человек в комитете по подготовке праздника, уже нет троих по разным причинам, в том числе и ответственной за этот сектор работы. Нет, причина у неё уважительная — рожает, но это же заранее было известно.