Давайте честно, моя выдержка трещит. Да так громко, как электричество в щитке. Небольшой разрыв, и долбанет — мало не покажется. Я на пределе. Долго на «улыбках и вздохах» не продержусь. Воздержание вообще не моя тема! Но я обещал Вики быть терпеливым — придется сдержать слово. Тем более, что эта упрямая малышка совершенно не хочет облегчить мне задачу: держит меня на «приличной» дистанции от своего вожделенного тела.

Вика-Вика…

Ответ от нее, кстати, приходит быстро.

Ясноглазая: «Ты, как всегда, безумно романтичен, красавчик!» — прилетает мне нарочито возмущенное, со смайликом, закатывающим глаза. И следом:

Ясноглазая: «Привет. Придремала на стадии разработки проекта. Вот клиенты бы удивились, когда увидели, что их скромная однушка по размерам превратилась в особняк!»

В груди аж давит от радости. Приходится ее ладонью растереть. Представляю, как ее пальчики торопливо набирали мне ответ, а ее губы улыбались. Что же ты со мной творишь, малышка?

Красавчик: «Главное— вовремя проснуться. Отец не поймал утром?».

Ясноглазая: «Нет, но каждый раз, как тащишь меня куда-то ночью, помни, как сильно я ради тебя рискую!»

Красавчик: «Я уверен, что он оправдан. Этот риск»

Ясноглазая: «Снова слышу нотки самолюбования…»

Как тут не расплыться в улыбке? Вот и я, хер знает, со стороны, наверное, выгляжу, как последний идиот: сидя на деревянной скамейке в раздевалке, пялюсь в экран, глуповато почесываю затылок.

Вика молчит. Я набираю:

Красавчик: «Как насчет продолжить нашу «традицию» и встретиться завтра? Ночью?»

Почему ночью? Утром я буду в зале, полкан объявил нам «стрельбы». Днем, если получится, нужно отоспаться, чтобы не клевать носом, когда я снова украду свою ясноглазую.

На экране пляшут три точки и заветное «печатает». Долго. Я уже начинаю волноваться, что сейчас мне прилетит отворот-поворот. Но Вики только интересуется:

Ясноглазая: «Почему завтра, а не сегодня?»

Красавчик: «Я на смене. До утра».

Ясноглазая: «А, ок!».

«Ок» — это уже хорошо. По крайней мере, это не «нет». Про работу Вики ничего не стала уточнять — это тоже прогресс. Хоть нашу профессию и сильно романтизируют, но жить с бойцом СОБРа — то еще «веселье». Максимально нестабильный график и волнения. Нам на передовой этого не понять, но жены и подруги наших парней постоянно на них с этим наседают. Так что, не думаю, что ясноглазой реально стоит пока знать, с кем ее угораздило связаться. Может, потом? Однажды.

Честно, я вообще не понимаю, какого черта я творю! Строчить сообщения девчонкам и ездить на встречи тупо ради встречи — то есть ничего не подразумевающего общения — это не в моих правилах. Я так не умею. Не умел. С ясноглазой оно выходит само-собой. Но разумеется, я, как любой здоровый мужик, держу в уме момент, когда наконец-то «бастионы обиды» падут. Я по-прежнему хочу эту девчонку каждой клеткой собственного тела. Меня на ней конкретно повело.

Начинаю набирать новое сообщение, как слышу гудение в левом ухе:

— У-у-у! Да ты, походу, серьезно влип, дружище! — хохочет Фома. — Чтобы Швец, да строчил любовные смс-ки? Ущипните меня!

— Иди на хер, Фома.

— Кто она? Та самая официантка из бара, да? Судьбоносная встреча, все дела…

— А тебе не все ли равно, Егор? — психанув, поднимаюсь с места. Так и не набрав Вики сообщение, блокирую экран телефон. Друг хмурится, выставляя руки, мол, я тут не при чем.

— Ты чего ощетинился? Я просто интересуюсь. Рад за тебя, кстати.

— Ага, — киваю, хватая со шкафчика полотенце.

Чувствую себя каким-то буйно помешанным. Но внутри все противится тому, чтобы кто-то из парней знал о присутствии Вики в моей жизни. Чтобы вообще кто-то знал, что есть такая охеренная девочка, как Вики! Моя. И делить я ее ни с кем не собираюсь. Даже на словах.

Я уже почти ушел в душ, когда дверь в раздевалку открывается и на пороге появляется Самсонов:

— Парни, давайте пулей, приводите себя в порядок и собираемся. Нас на подкрепление вызывают.

Мы с Егором переглядываемся. Началось. О спокойной смене можно забыть.