Первородный вошел после приглашения, и это почему-то очень порадовало. Ковалль в своем доме, хозяин положения, а я – всего лишь бесправная гостья. Но маг соблюдал правила приличия и вел себя как истинный джентльмен. И то ли я прониклась словами дочки, то ли маг на самом деле задел за живое, но я вдруг посмотрела на него иначе.

Мощная, почти двухметровая фигура появилась в проходе очень вовремя. Неяркий свет заливал комнату – светильники включились сами собой, как только за окнами слегка стемнело. И постепенно становились ярче, пока летучие фонари не осветили поместье.

Кружочки плафонов на потолке сразу засветили немного слабее. Я знала, что всем руководит магия, и сейчас вдруг поняла – насколько я опасна. Бриолис вовсе не гад-рабовладелец, что намеревается меня использовать, исследовать как лабораторное животное. Он просто быстро прикинул, что произойдет, если мой дар выйдет из-под контроля. Боже! Надеюсь, что подобного не случится.

Ковалль улыбнулся чувственными губами. Я вновь переключила внимание на первородного. Черт! Он и правда шикарный мужчина. Мей рядом с Коваллем даже терялся. Помимо удивительного ореола загадочности, лицо мага само притягивало внимание. Шрамы придавали ему изюминку, а юношеская кожа – особую привлекательность. Кажется, у него не росла борода, как и усы, и волосы на груди. Расстегнутая на верхние пуговицы рубашка позволяла мне оценить и это. Черные брюки из тонкой ткани выглядели дорого, но не пафосно. Ковалль предпочитал качество вычурности, и это тоже меня притягивало.

Первородный позволил мне насмотреться, почти не двигался и не комментировал. Танюшка упорно барабанила по клавишам, как будто показывала, что сильно занята. Я видела ее косые взгляды – дочка наблюдала, хотя и не явно. Ковалль усмехнулся – тоже догадался. Приблизился и предложил мне руку.

– Ну что, прогуляемся по новому миру? – его голос, как и внешность, рождал волнение. Странное такое, легкое, радостное.

Глаза Ковалля почти светились, губы тронула тень улыбки. Но он улыбался почти по-настоящему!

Я подала первородному руку.

– Танюша, останешься или с нами? – спросил колдун у деловитой дочки.

Та подняла лукавый взгляд, подмигнула, хмыкнула и ответила:

– Я лучше поиграю на новом компьютере. Кстати, спасибо, что выполнил обещание.

– Я никогда никого не обманываю. И не забываю о своих обязательствах.

При этих словах первородного вспомнилось, как он вытаскивал меня из беспамятства. Его обещание, что все получится, ничего плохого со мной не случится. Казалось – откуда он узнал об этом? Никто прежде не видел трехликую, не пробовал обуздать мои способности, создать гармонию трех сущностей. Эдакий симбиоз аур и магии. Но ведь не обманул… сказал – и выполнил.

Я поневоле улыбнулась мыслям. Ковалль немедленно ответил тем же и потянул на выход из комнаты. Последнее, что заметила, – лицо Танюшки. Ей будто желанный подарок доставили. Глазки блестят победными огоньками, губы растянуты в широкой улыбке – хоть все белоснежные зубки пересчитывай. Девочка моя, истосковалась по родителям. Хочет семью и дом в будущем…

Мы с Коваллем неспешно вышли из комнаты, и внезапно я ощутила странное волнение. Оно поднималось от кончиков пальцев и словно проскальзывало между мной и первородным. Ковалль выглядел почти обычно. Только немного более напряженным, ноздри его временами вздрагивали, а уголки губ слегка приподнимались.

Первородный внимательно на меня поглядывал. Мы дождались привычного лифта – тот выскочил будто прямо из пола, – вошли в кабинку, и двери закрылись, отрезали нас от остальных в доме. Я немедленно покосилась на Ковалля. Он, как обычно, казался глыбой – каменным изваянием, а не мужчиной. Но временами эмоции проскальзывали. Порой я неосознанно их видела. Всполохи тревоги, какого-то беспокойства, нечто приятное, очень теплое и нечто весьма и весьма возбуждающее. Я перехватывала чувства первородного, но очень редко и не отчетливо. Видимо, маг хорошо скрывал их. Пока мы ехали вниз в лифте, Ковалль буравил пытливым взглядом и вдруг произнес без всякой прелюдии:

– Ты ловишь отголоски моих эмоций?

Он спрашивал с отчетливым оттенком утверждения. Я бы могла отказаться отвечать, солгать или вообще – перевести тему. Но почему-то не получилось. Словно меня действительно зачаровали.

– Да, – сорвалось с пересохших губ. Я неосознанно их облизала. Ковалль на долю секунды изменился – как-то неуловимо, совсем слабо. Но я почувствовала или заметила. Первородный на миг отвел взгляд в сторону – и снова посмотрел практически по-прежнему.

– И что заметила? – продолжил беседу.

Я почему-то неожиданно смутилась. Что-то промычала и спрятала взгляд. Ковалль приблизился, и по щеке прошелся ветерок сбивчивого дыхания. Так, он на самом деле волнуется. Ощущение передалось мне моментально. Сердце забилось немного чаще, я посмотрела в глаза Ковалля – они завораживали, гипнотизировали. Его чувственные губы стали чуть ярче. Или мне только так почудилось? Я перестала понимать, что реально, а что плоды неуемной фантазии.

В воздухе будто повисло напряжение. Но не опасное и не давящее, какое окутывало нас недавно, когда встречались с правительственными агентами. Сейчас я чувствовала лишь волнение, приятное и какое-то немного непривычное. Грудь Ковалля вздымалась часто, но лицо моментально окаменело.