Калоян замер и задумался. В словах Румена была доля правда, с большой долей преувеличения. Именно, поэтому Румен не хотел, чтобы советники присутствовали при этом разговоре. Они могли поломать замысел освобождения сына Румена, тем фактом, что там можно получить победу и без него. Хотя венгры были сильными соперниками, и нужно было думать головой, как с ними сойтись в битве.

— ладно! — крикнул Калоян от злости. — Вы меня убедили! Довольны? А как же тренировочный лагерь? Говорят, солдаты очень существенно подняли боевой дух и уровень ведения боя на мечах и копьях при ваших тренировках!

— на это у меня уже есть решение. Назначьте вместо меня парня, который победил в турнире, вы не хуже меня знаете, насколько он хорош в оружии.

— как же вы всё продумали! Ай да плут! Этот парень с Византии! Я не пойду на это!

— я тоже был с Византии когда-то! Да вы сами пятнадцать лет назад были с Византии! Нельзя бесконечно осуждать человека, который когда-то там жил! — на этот раз повысил голос Румен.

— вы меня ставите в тупик Румен!

— так выйдите с него, вы же царь! Назначьте этого парня вместо меня. Послушайте через месяц мнение солдат о нём, если он будет бездарен и плох, просто выгоните его и поделом! А я поеду ваш Белград завоёвывать, когда провизия будет доставлена!

— погодите! Я больше так не могу. Я налью себе немного! Вы не против?

— да ради бога. — махнул рукой Румен, которому действительно было плевать на пьянство Калояна.

Калоян налил себе и опорожнил пол кубка за раз. Он закрыл глаза от блаженства и снова сел напротив Румена.

— итак, я вас слушаю, полное изложение нашего уговора.

— я поведу войско на Белград и обещаю, мы его возьмём, если конечно хан половцев пришлёт подмогу.

— он пришлёт, никуда он не денется, не беспокойтесь Румен. — уверенно жестикулируя, говорил царь.

— я вам уже выдал сведения о Младене, который промышляет торговлей женщин, это хороший инструмент влияния на него. Сообщите об этом Эмилу, и он найдет, как этим воспользоваться. Белич, эта сволочь много зла натворила, если вам захочется, можете поспрашивать, чем он занимался. Я уверен, найдутся искалеченные женщины, которые побывали у него под ножом или чем там он орудовал… Думаю, многие были в этом замешаны, используйте это тоже, как средство давления на ваших министров. Рафаил будет идеальным тренером по фехтованию у солдат. Он прославился на турнире, и его будут уважать, несмотря на происхождение. Он далеко пойдёт, можете не сомневаться. Я даже больше скажу, настанет тот день, когда вы будете ему предлагать стать вашим личным гвардейцем.

— в самом деле? — скептически спросил царь.

— не сомневаюсь.

— ну-ну, вы слишком самоуверенны Румен. Ладно, я не буду вас расспрашивать о причинах, по которым ваш сын убивал солдат, это будет на вашей совести. Но, зачем он убил главу города?

— это долгая старая история из нашего детства. Старик Атанас хотел убить моего сына в течении 23 лет. Наверное, он сделал на него облаву и не справился со своей местью.

— как у вас всё просто Румен!

— давайте закончим этот разговор царь. Лучше прикажите привести того, кто сдал моего сына, этот мерзавец не заслуживает пощады.

— а вы жестоки Румен, никогда бы не подумал о вас! — улыбнулся царь.

— я в отчаянии и горе. Я жил все эти годы, лишь тем, чтобы увидеть сына и когда обрёл это счастье, вынужден буду вновь его покинуть. Поэтому сейчас моё сердце разбито и уничтожено, мне плевать на этого подонка, как и на свою жизнь. Если у вас есть хоть толика чувств отца, поймите меня, как человек. Я знаю, что я не вернусь с битвы под Белградом, потому что там разразится ад. А полководцы Имре это не слабые, разбитые коррупцией и рознью солдаты Византии. Это хитрые и опытные воины, которые захватили Сербию!

— хватит себя жалеть Румен! Вам это не к лицу! А насчёт полководцев Имре вы правы, там хватает опытных сволочей! Ладно, вы понимаете, что ваш сын должен исчезнуть навсегда?

— я уговорю сына, и он меня послушается, не сомневайтесь. Он отправится прочь с Болгарии и никогда больше не ступит на эти земли. Он больше не убьёт ни одного болгара и не попадёт в подобную передрягу. Все забудут его, а он в свою очередь, место в котором жил.

— вы даёте слишком много обещаний! Тем более за человека, которого не видели много лет! Не слишком ли опасно доверять вашему сыну, который превратился в убийцу?

— нет, потому что я знаю. Та ради который ему стоить жить, сейчас закрыта в вашем подвале в темнице. Освободив их обоих, я ему дам понять, что он потеряет всё в следующий раз, если попадётся. Но, тогда меня рядом не будет, чтобы его спасти.

Калоян сидел и смотрел на Румена, который, говорил своей о жертве, которую готов принести ради своего сына. Царю стало завидно, что человек может с такой силой любить. Румен был хорошим отцом, который был готов на всё ради сына. И в принципе он всё сделал. То, что предлагал он — было разумно и с выгодой для царя. Если послать Румена на бойню в Белград, то можно было рассчитывать на его опыт в борьбе против Македонии, наряду с Сутоевичем и другими полководцами. Победа против Имре казалась не такой иллюзорной. Честно говоря, царю хотелось бросить все силы, для достижения этой победы, что он и сделал. Это вполне устраивало царя. Жертва такого полководца, пускай даже очень талантливого, стоила этого большого и важного города. А как известно, незаменимых людей не бывает. Так думал царь. И он согласился на уговор.