— или же у них недостаточно таких средств, чтобы заплатить добровольный взнос. — предположил Маттео.

— у всего есть своя цена, кому как не вам это знать кардинал. — ответил ему, Грегорио вместо папы.

— верно Грегорио. У всего есть своя цена, особенно за отказ выполнять святое дело. — сказал себе под нос папа, потирая идеально бритый подбородок.

Гуальтеро молчал, как будто снова погрузившись в сон. В этот миг в двери постучались, и через мгновение один из епископов сообщил, что делегация прибыла. Папа подошел к дверям и ждал пока все участника беседы зайдут в зал приёма. Через минуту появились король западной Римской империи Филипп Швабский из рода Гогенштауфенов, следом за ним шел одноглазый старик в изысканном венецианском костюме, сам дож Дандоло. Рядом с Энрико шел Бонифаций Монферратский с грубыми чертами лица и надменным выражением, которое так и говорило о его высоком положении. Маркграф Монферрата, имел земли, которые располагались в северных регионах Италии и части Австрии.

— доброго здравия ваше преосвященство. Добрый день уважаемые кардиналы. — спешно перекрестившись и слегка уклонив голову сказал Филипп. Папа подошел и протянул руку. Филипп медленно поцеловал его перстень, после чего отошел и сел за круглый стол, за которым уже сидел пожилой архиепископ и два кардинала.

— пусть путь ваш освящает святой Пётр и Павел ваше преосвященство. — обратился старик Энрико, тоже покрестившись, и посылая рукой поцелуй от губ к небу. Он повторил жест с перстнем и сел рядом с королём.

— приветствую всех присутствующих. Ваше святейшество — кинул недовольный взор на папу Бонифаций и поклонился, небрежно покрестившись. Он тоже повторил процедуру почтения и сел справа от короля Филиппа.

Иннокентий отошел в сторону и ходил не находя себе места, всё время раздумывая о многих вещах, что тревожили его разум. Размяв виски указательным пальцами, как будто настраиваясь на речь, он начал говорить.

— Господь Бог благословил всех вас мои гости, ибо знал, что мы несём крест господень и нуждаемся друг в друге. Надеюсь, долгий путь в это божественное место не был столь сложен и нерадив для всех вас. — Иннокентий сделал небольшую паузу, собираясь с мыслями. — Бог собрал вас всех сегодня здесь, ибо требует воссоединения христианских церквей. Вы должны были знать, что церковь на востоке хоть и является христианской, тем не менее, несёт в себе ложные посылы. Они сбились с пути… Нельзя допустить, чтобы столько верных христиан совсем изменили веру в Иисуса Христа на какую-нибудь другую, упаси господи на Ислам или другое язычество. Этого нельзя допустить ни в коем случае, вы все должны это понимать. Сам Бог свидетель — дал нам благословение, потому что всё складывается на нашу пользу, сам Бог ведёт нас и благословляет наш путь. Мы должны помочь им и направить их на путь истины. Император Алексей сбился с пути божиего, ослепив и заперев родного брата в темнице, разве подобает христианину такое поведение? Бог не в силах на это смотреть. Именно поэтому мы добрые христиане вынуждены собраться с силами и снова нести крест в дальние земли Византии. Это одна из проблем, о которых я хотел сообщить, основная миссия это исправить ошибки третьего похода и взять под защиту гроб господень что ныне находится в руках язычников. — папа сделал паузу, которую подхватил Бонифаций.

— насколько мне известно, Саладин увеличил своё влияние в регионе Иерусалима, одному Христу известно какая у него армия, спустя столько времени после третьего шествия.

— уважаемый Бонифаций, вы усомнились в силе крестоносцев? Неужели вы думаете, что язычники живущие в палатках и бегающие полуголыми по пустыне, способны противостоять объединённым силам господа Бога? — возразил Маттео, отбрасывая все сомнения в целесообразности похода.

— Бонифаций прав, я тоже не сомневаюсь в силе наших славных воинов, но я в ладах с арифметикой и примерно представляю соотношение сил, которое будет присутствовать при подобных битвах. — сказал Филипп.

— вы слишком преувеличиваете силу армии нехристей. Не стоит так делать. — подключился Грегорио в защиту похода.

— я просто высказал то, что лежит на поверхности.

ответил король, которого больше интересовал план действий. — Мне было бы более интересно услышать план Божий. Пожалуйста, поведайте, что господь глаголит о нашем шествии!? — обратился к папе Филипп.

— у Бога есть план почтенный Филипп. Сперва, флот с крестоносцами должен будет отправиться в Египет, где присутствуют не такие большие силы язычников, как в Иерусалиме. Там вы сможете обосноваться и сделать пункт переправы, захватив их порты. Таким образом вы сможете пешим ходом добраться до Иерусалима имея поддержку с запада. — объяснил папа.

— значит, этот поход будет крайне длительным и ещё более затратным, чем предполагалось, если я правильно понимаю? — спросил король.

— никогда не знаешь точно, уважаемый Филипп. Это будет зависеть от многих факторов, например, таких как сила веры. У вас появились сомнения по поводу первой точки высадки? — спросил папа.

— просто я подумал, а не донесутся ли слухи до Саладина, о том что мы плывём в Египет, ведь он может переправить войска туда, и таким образом сорвать наш план. — возразил король.

— об этом не беспокойтесь. Из достоверных источников мне ведомо о том, чем занят Саладин, и это точно не Египетское направление.

— раз вы настолько проинформированы, то не могу больше сомневаться. — развёл руками Филипп. — Хотя, я всё равно опасаюсь за его результат. Осталось сообщить его всем участникам, которые будут вести свои войска. От себя хотел бы сказать, что нам более нужно концентрировать внимание на Византии. Я поддерживаю ваше желание совершить поход, но начать было бы неплохо с Константинополя. Мирный христианский люд не выносит такой жизни, которую диктует император Алексей. Кто спасет их грешные души, если не мы? И если мы будем сидеть и бездействовать, то Османская империя вскоре разрастётся и добьет Византию. Она поглотит огромные и богатые территории, уничтожив большую часть христианского мира. Это будет иметь колоссально негативный эффект. Во-первых, Ислам победит. Во-вторых будет громадная волна беженцев не согласных уживаться с чужеродным народом султаната и их зверской религией. Это не шутки мои дорогие друзья. — объяснил Филипп.

Настала небольшая пауза. После которой, вступил в разговор одноглазый Энрико.

— я поддерживаю Филиппа. Всё намного глобальнее, чем кажется. Этот поход необходим, и есть две проблемы. Уважаемые господа! Хватит ли у вас всех средств на оплату данного мероприятия? Речь идёт о сумме довольно огромной! По предварительным подсчётам это 85000 марок серебром. Вы собрались погрузить на флот от ста до двухсот тысяч народу, и это не считая конницы, оружия и припасов. Поймите меня правильно, я человек деловой и благоразумный, но чтобы уместить всю эту братию, необходимо большое количество кораблей и несколько ходок. Это будет невероятно крупное мероприятие, и если вы сомневаетесь в возможности его оплатить я подумал бы дважды прежде чем затевать такую миссию. — на этот раз Дандоло смотрел на папу, как на главного комиссионера.