— где же ваш муж, и что он собирается делать с трупами? — посмотрев на женщину спросил я.

— понятия не имею, он мне не докладывает о своих планах…

Муж, немного ранее по времени, если отталкиваться от этого разговора, находился в лесу с подельником, с которым договорился за бутыль браги закопать трупы мёртвых солдат в лесу. Они стянули их в одно место и уже выкопали яму. Подкоп делать начали, ещё пока солнце не встало, а закончили, едва оно появилось на горизонте. Закапывая большую траншею, его товарищ вытер чёрный от грязи и пота лоб и схватив лопату начал глаголить:

— говоришь, двух своих солдат корешей порешил?

— а что, не видно что ли?

— как то мне мало верится, что ты в одиночку с ними расправился, ты же дохляк какой, а они вон мордовороты были еще те.

— поговори мне тут! Шкаф большой да больно падает! Они были пьяны, с ними и совладать нечего было! — кричал Феодор, возмущаясь недоверием подельника.

— ты брагу то мою гони! А я всё одно тебе не верю, врёшь ты как дышишь Феодор…

— неверие — это только твоя проблема товарищ.

— ну как сказать. За убийство стражников можно и на виселицу отлететь.

— а я не думал что ты такая падаль Томик!

— я тебя просто предупреждаю дебил!

— а то я не знаю?! — снова начал кричать Феодор, которого вообще не волновали убитые. Главное, что они оказались убитыми. — Я не виноват! Они сам нарвались, а я защищался! И чего ты вообще начал доставать меня расспросами?

— а то, что подозрительно много солдат начало гибнуть в нашем регионе! А ты разве, идиота кусок, не слыхал об убийце Византийском? — сощурив глаз, спросил Феодора алкоголик-подельник.

— нет, на хрена мне такой чепухой голову забивать.

— а зря мой хороший! Вон этот убийца, царских гвардейцев едва не грохнул, главу Ивайловграда завалил, и ещё и деньги все изъял у налоговиков! За ним столько греха, что я было подумал, это он солдат порешил! Тем более, весьма подозрительные раны у них были!

— а ты с каких пор тут стал патоло ана натомом?

— патологоанатомом придурок!

— не передёргивай! — заорал Феодор. — А то, и ты тут ляжешь рядом с ними. — показывая на могильник сказал Феодор.

— ладно-ладно! Вижу, ты какой-то нервный, но ты призадумайся о моих словах, сейчас даже на улицу нынче выходить страшно, он ненавидит болгар! Всех кто говорит, что он настоящий болгарин вмиг протыкает своей дьявольской рапирой!

— откуда ты знаешь о его оружии? И что это за дебильные сказки? Ты что впрямь веришь в эту чепуху? — спросил Феодор.

— да коли не знать? Весь регион уже на ушах, его повсюду ищут! Ты что ли проснулся с бодуна, или не просыхал целую неделю? — удивляясь, посмеялся с товарища подельник.

— мне-то всё равно! Моё дело брага, всё остальное меня не волнует!

— ладно, пошли домой, надоело с тобой разговаривать. Я хочу выпить обещанное!

Через час они вернулись домой. Грязный алкоголик-подельник остался на улице, а Феодор зашел в дом, чтобы достать с ямы бутыль браги. Завидев спасителей, сидящих за столом с женой, Феодор резко поменял физиономию и тон голоса:

— О! Здравствуйте, то есть доброе утро почтеннейшие! Вы уже проснулись? Как здоровье? Как спалось!?

Я удивился такому радушному приёму, ведь Тамара только что вещала не совсем положительные слова о Феодоре, а он в свою очередь показался весьма дружелюбным.

— благодарю хозяин. Мне уже лучше. Мы поели и довольны что все живы и здоровы, если позволите мы пробудем у вас один день, а завтра утром покинем ваш дом. — рассказал я свой план Феодору.

Тамара, как будто чувствовала себя в большей безопасности с нами, резко изменилась на глазах. У неё затряслись руки и губы, она с трудом совладала с собой, чтобы промолчать и держать себя в руках.

— это хорошо ребята, что все живы и здоровы! Если вам понадобится, то можете дольше оставаться, вы ведь ранены парень, вам стоит поправиться!

Его любезность была настолько неправдоподобной, как и слова Тамары, они просто были несовместимы. И кто из них лжет? А чёрт его знает.

— спасибо Феодор, но мы решили завтра медленно, но уверенно уйти. Мы благодарны за вашу помощь! — настояла моя подруга.

— ну, смотрите сами, молодцы. Я вас не задерживаю и не выгоняю, поступайте, как считаете нужным. А сейчас, извините меня. Мне нужно удалиться по делам.

Он пошел куда-то в коморку, и вытянул оттуда бутыль. Потом быстро прошмыгнул мимо нас и пошел к своему товарищу. Для нас же всё было просто и скучно. Нам нельзя было выходить на улицу днём, чтобы не навлечь на себя гнев господень и нам пришлось просиживать часы дома. Радка помогала Тамаре, чем очень радовала её сердце. Одинокое сердце несчастной женщины. Я же читал какое-то унылое чтиво, среди той скудной библиотеки, что имелась у этой несчастной семьи. Куда подевался Феодор мы могли только догадываться. Но, тот факт, что он был весьма подозрителен, не ускользнул от меня. Слишком он был мил и льстив, при этом на его лице было написано совсем иное. Может, это было скверным делом судить о людях по лицам, но порой выражение лица и глаза, говорят намного больше, нежели язык.