– Возьми мне любое блюдо из курицы, – с показным равнодушием попросила я.

– Может, абрикосовый десерт или аливенци? – любезно осведомился Григореску, желая мне угодить.

– Нет-нет, – ни за что не подам виду, что последнее слово мне не знакомо, – лучше легкий салат и сырная нарезка.

Не могла сосредоточиться ни на одной детали восточной обстановки заведения. Меня раздражал аромат специй и визгливые переливы флейты. Я поняла, что очень устала и нуждаюсь в чашечке крепкого зеленого чая с горячим бутербродом. А потом в душ и спать, спать…

– Сколько вам лет? – Альго явно желал продолжить допрос.

– Двадцать пять, – быстро округлила я.

– Вы замужем?

– Нет.

– Но хотя бы мужчина у вас есть? – в холодном хрипловатом голосе Альго почему-то звучала искренняя надежда, а вовсе не желание оскорбить.

Я старалась держаться вежливо, хотя в душе росла неприязнь к странному типу напротив.

– Полагаю, моя личная жизнь никак не связана с наследством отца. Или бабушка Анна поставила какое-то условие?

– Насколько мне известно, никаких дополнительных обязательств, – поспешно заявил Константин, нервно комкая в ладонях салфетку.

К окончанию ужина мне стало понятно, что юрист полностью на стороне бледного аристократа, может, тот подал ему какой-то знак, отчего Константин почти не вмешивался в беседу и занимался тем, что угощал моего отца вином, точнее сказать плодово-ягодной настойкой. Мы же с Альго мало внимания уделяли местной кухне, поскольку продолжали дуэль взглядов.

Наконец он перешел к сути вопроса, словно спеша завершить неприятную обязанность.

– Вы вряд ли захотите поселиться в Динаве, заниматься арендой дома тоже не выгодно из-за отсутствия спроса. Остается единственный вариант – продать недвижимость, чудом попавшую в руки.

– А зачем вам самому так нужен дом Анны? Какие у вас планы на его счет?

Похоже, господин Хозар давно приготовил объяснение.

– Хочу приспособить помещение под столярную мастерскую. Вам, наверно, уже сказали, что я занимаюсь лучшими гробами в Крыловце и его окрестностях.

Не успела я иронично напомнить про аптеки, как ладонь Альго скользнула по скатерти стола в мою сторону, а когда поднялась, я увидела под ней черный буклет с серебристой вязью надписей. Пришлось признаться, что румынский язык мне не знаком.

– Внутри есть перевод на английский и хорвато-сербский, – с оттенком гордости заявил Альго.

– Ваши услуги настолько востребованы? – невинно спросила я. – Или это коллекционная карточка?

Я храбро взяла в руки глянцевый лист, сложенный в несколько раз и раскрыла на развороте.

– Отличные фото! Интересно, в каком из них вы спите по ночам?

– Попробуйте угадать, – вкрадчиво ответил Альго.

– Мне нравится этот! – не без внутренней дрожи я ткнула в самый нарядный и дорогой короб, судя по ценнику.

Константин вдруг громко закашлял и, сдавленно попросив прощения, убежал в туалет, мой добрый отец счел нужным следовать за ним, чтобы убедиться в том, что экстренная помощь юристу не потребуется.

Мы с Альго остались наедине. Нас разделяло только широкое блюдо с овощной нарезкой и зеленью.

– Берите деньги и уезжайте отсюда! – приказал Альго, которого, вероятно, уже не сдерживало присутствие других мужчин.

– Непременно! Но сначала навестим бабушкин дом в Динаве, – парировала я, сжимая под столом пальцы, чтобы немного успокоиться.

– Что тебе там нужно? Ты ее даже не видела ни разу.

Мне померещились красноватые огоньки в глазах Альго. Жутковатое зрелище.

– Очень жаль, мне всегда было жаль, что мы мало знаем наши корни… – залепетала я, досадуя на собственную робость.

– Корни ей нужны! – насмешливо перебил Альго. – Дом запущен и, возможно, пойдет на слом. Что вы там забыли?

– Тем более нужно сделать фото, и вообще, от Анны должны были остаться какие-то вещи. Посуда, платья, книги…

– Вы много не получите, – мстительно заявил Альго, – часть имущества она оставила мне в уплату похорон.

– И вы согласились? – ахнула я. – Вы! – совсем не бедный человек, занимаетесь погребением и еще другом ее назвались, но все равно потребовали плату со старушки? Железобетонная же у вас совесть!

Альго сжал кулаки и навалился на стол, так что тот жалобно скрипнул. Не ожидало от него такой силы, признаться…

– Ты ничего не знаешь о моих отношениях с Анной!

– Мы незаметно перешли на «ты», надо же! Простите, господин Хозар, но у меня остался всего один вопрос. Почему вы так боитесь нашей поездки в Динаву? Согласитесь, ваше упорство выглядит подозрительно.