– Пол, когда ты последний раз был в Тибете?

Шавасс насупил брови:

– Вы же об этом знаете не хуже, чем я. Три года назад, когда мы вызволяли Далай-ламу.

– А как насчет того, чтобы снова побывать там?

– Тибетский я пока еще не позабыл, – пожав плечами, ответил Шавасс. – Говорю, правда, не бегло, но вполне прилично. Однако меня беспокоит совсем другое. Вся беда в том, что я все-таки европеец.

– Но, как я понял, это совсем не помешало вам вывести из Тибета Далай-ламу, – заметил профессор Крейг. Шавасс согласно кивнул и произнес:

– Да, но то было совсем другое дело. В Тибете я пробыл всего-то несколько дней. Не знаю, удалось бы мне выполнить задание, если бы я задержался там дольше. Знаете ли вы, профессор, что во время войны в Корее ни одному солдату союзников так и не удалось бежать из китайского плена? Оденьте меня соответствующе, забросьте в Россию, и ни у кого я там не вызову подозрений. Однако на улицах Пекина я буду выглядеть как шишка на ровном месте.

– Да, верно, – согласился шеф. – Твои опасения мне понятны. Ну а если мы сможем обхитрить китайцев?

– С ними у нас ничего не выйдет, – возразил Шавасс. – За последние три года они значительно усилили слежку за иностранцами. И особенно после волнений в Тибете. Хотя я думаю, что контролировать такую огромную территорию им все же тяжеловато.

Он немного помолчал, а потом добавил:

– А что, это дело важное?

Шеф в ответ покачал головой. Лицо его было очень серьезным.

– Думаю, что оно будет поважнее тех, что я тебе уже поручал.

– В таком случае расскажите мне о нем.

Шеф откинулся на спинку кресла:

– Как ты думаешь, какая из внешнеполитических проблем сейчас самая серьезная? Ядерное оружие?

– Нет, не думаю, – помотав головой, ответил Шавасс. – Во всяком случае, не сейчас. Скорее всего, соперничество в космосе.

Шеф в ответ молча кивнул и произнес:

– Согласен. Наши русские друзья очень обеспокоены тем фактом, что Джон Гленн и другие наши астронавты успешно повторили то, что сделали их Гагарин и Титов. Они понимают, что нашему отставанию в космосе приходит конец.

– А русским есть чем нам ответить? – спросил Шавасс.

Шеф кивнул:

– Похоже, что есть. Они работают, и, надо сказать, уже давно... Впрочем, об этом тебе, наверное, расскажет профессор Крейг. У него это лучше получится – он в этой области большой специалист.

Сняв очки, профессор Крейг достал из нагрудного кармашка носовой платок и начал протирать им линзы.

– Самая большая проблема, мистер Шавасс, – это двигатель космического корабля, – сказал он. – Когда речь идет о полетах на Луну или еще дальше, то созданием более мощного ракетного двигателя вопроса не решить.

– А русские придумали что-то принципиально новое? – поинтересовался Шавасс.

Крейг покачал головой.

– Пока нет, – сказал он, – но я думаю, что они к этому уже близки. С 1956 года в России ведутся разработки ракетного двигателя, который может использовать энергию, излучаемую звездами.

– Но это больше похоже на фантастику, – заметил Шавасс.

– Хотелось бы, чтобы это было именно так, – мрачно произнес профессор Крейг. – К сожалению, это хорошо проверенный факт, и если нам в ближайшее время не удастся создать нечто подобное, то мы гонку в космосе проиграем.

– Судя по всему, наши уже на что-то решились? – тихо спросил Шавасс.

Профессор, аккуратно надев очки, в ответ кивнул:

– В другой ситуации я бы сказал «нет», но в свете информации, полученной совсем недавно, могу утверждать, что шансы догнать русских для нас не потеряны.

Шеф подался вперед.

– Десять дней назад, – начал он, – в Шринагар, столицу Кашмира, приехал один молодой тибетец. Фергюсон, наш местный агент, занялся им. Оказалось, что парень привез с собой не только сведения о ситуации, сложившейся на западе Тибета, но и письмо для профессора Крейга. Отправлено оно было Карлом Хоффнером.

– Я уже слышал о нем, – нахмурившись, сказал Шавасс. – Это тот, что уже много лет работает в Тибете врачом?

– Да, – кивнув, подтвердил шеф. – Прекрасный человек, о котором многие из нас уже совсем позабыли. Его профессиональная карьера сродни жизни Альберта Швейцера: врач, музыкант, философ, математик. Сорок лет своей жизни он отдал Тибету.

– Он еще жив? – поинтересовался Шавасс.

Шеф кивнул:

– Живет в небольшом городке под названием Чангу. Это в ста пятидесяти милях от границы Кашмира. Насколько нам известно, сейчас он находится под домашним арестом.