– Нет, не запрещено. Партизан значит?

Тут я услышал окрик сзади:

– Решала!

С недоумением обернувшись, это кто тут из знакомцев, и прикрывшись ладонью от солнца, прямо в глаза били лучи, рассмотрел стоявшего у машины генерала, и улыбнулся. Козырнув старлею, я подбежал к генералу, отбив три печатных шага, кинул руку к виску и хотел было доложится, но тот не дал, обнял. Это Ковпак был. Познакомились, когда с агитбригадой по Украине ездили. Он как раз из своего рейда вернулся, да и мы готовились возвращаться. Тот отпустил и отступил на шаг, с интересом меня изучая.

– Подрос. Сколько сейчас?

– Десять в феврале было.

Тут и старлей подошёл, вернул справку о моей работе киномехаником, уточнив у Ковпака:

– Товарищ генерал-майор, вы знаете его?

– Знаю. Легендарная личность в Белоруссии. Там всего его знают, как Решала. Даже до наших краёв донеслась его слава.

– Решала? Точно, я смотрю лицо знакомое.

Козырнув, старлей отошёл и продолжил патрулирование, а генерал спросил:

– Ты здесь один?

– Вольная птица, куда хочу туда и лечу. Решил на столицу посмотреть, сейчас к фотографу иду, снимок сделать, памятный.

– Хм, хорошая идея. Адрес знаешь?

– Да.

– Я с тобой прокачусь.

Я не возражал, мы сели во вполне неплохой и новый белый «Мерседес», трофейная машина, и покатил по адресу. Водила видимо местный, быстро привёз, не плутал. Очередь небольшая была, но нас пропустили вперёд. Дальше у нас был общий снимок с генералом, с дважды Героем Советского Союза. Тот сидел, я стоял у его плеча, положив руку на спинку стула. Потом наши снимки, но по одному. Узнав, когда готовы будут, вечером можно зайти, или завтра утром, оставили аванс и покинули рабочее место еврея-фотографа. Тот сам предложил пообедать, время уже подходило к обеду. Я на халяву поесть всегда рад, о чём и сообщил тому, вызвав добродушный смех. Думал в какой ресторан повезёт, в столовую генералу не по чину ходить, но нет, мы поехали в здание Генштаба. Вот там в столовой генералы косяками ходят. Тут можно, урона чину нет. Мы сделали заказ официантке, и пока ожидали его, Ковпак спросил:

– Ты чего тут делаешь один. Сбежал?

– От кого?
– не понял я.

– От командования.

– От какого командования?
– ещё больше запутался я.

– Так. Ты сейчас где числишься?

– Нигде. Почти три месяца назад отряд наш расформировали, как Барановичи освободили, и меня ногой под зад на гражданку. Хорошо командир отряда в городе комендантом стал, пристроил киномехаником в кинотеатр. Только там недолго проработал. Харламова на фронт, а новый комендант тоже под зад ногой. Уже привыкаю к пенделям. Кинотеатр проходит по его ведомству, на баланс города ещё не передали. Ну а я, став вольной птицей, полетел страну нашу необъятную изучать, пока лето, и начал с того что решил в Москве побывать.

Тот задумчивым был, но сказать ничего не успел, нашему столу подошёл смутно знакомый мне генерал-лейтенант, со Звездой Героя и другими наградами. Испросив разрешения, сел к нам. А это Судоплатов оказался. Ковпак нас друг друга представил. Тот сообщил:

– Как же, слышал, и не раз, операция по захвату грузовика с солью, проведена ювелирно. Я сам обещался с тем офицером-интендантом, что ты в плен взял. Интересный персонаж, многое поведал. Он слишком много знал, для такого небольшого звания, и мы провели благодаря этим сведеньям несколько блестящих операций. Это слова Главнокомандующего.

Мы стали общаться, тут принесли нам и заказы, Судоплатову тоже. Мы стали обедать, а потом, когда до чая дошло, продолжили общаться. Ковпак начал вдруг вспоминать как впервые меня увидел. Ну не вдруг, это Судоплатов тонкими вопросами подвёл того к этому.

– Мы в столовой были, там столы, навесы. Устали, только из рейда. Кто-то от реки мокрый шёл, купались. И была у нас радистка, Леночка, красоты неописуемой, все офицеры на неё любовались и пытались поухаживать. А тут мальчишка в форме бойца появился, с орденом на груди, вылез из-за стола где сидел, я тогда Решалу впервые и увидел, и подошёл к девушке. Знаешь, так робко руки на груди сложил, трогательно бровки поднял, и спросил у Леночки:

– Девушка, а вы животных любите?

Та знаешь, так насторожилась, внимательно на него посмотрела. Я уже потом узнал, что Решала за те два дня, что они у нас были и фильмы показывали, несколько раз над ней прилюдно пошутить успел. Как и с нашим военврачом Ириночкой, тоже красавицей. Поэтому ничего хорошего та не ожидала. Однако Леночка девушка бойкая, острая на язычок, потянулась так томно и сказала:

– Да, люблю.

А Решала ей, жалостливо, с надеждой заглядывая в глаза, сказал:

– Девушка, а возьмите меня к себе домой жить. Я такая скотина…

Тут весь зал грохнул. Ковпак описывал ту историю ярко, особо голос не понижая, размахивал руками, так что не удивительно что привлёк внимание всего зала и те нас слушали. Генерал, по-моему, сильно удивился этому, стал осматриваться, смущённо улыбаясь.

– Забавно, - улыбаясь, сказал Судоплатов.
– И чем тебе сержант не угодили красотки?

– Тоже мне красотки. Ни сисек, ни поп. Одно радует, на мордахи смазливы.