Мимо проехал темный «форд-гранада». Внезапно он свернул к обочине и затормозил. В салоне было двое – один за рулем, другой на заднем сиденье. Тот, что сидел сзади, вышел из машины и направился к ним. Подойдя, он открыл дверцу «бентли», забрался внутрь и сел.

– А, суперинтендент [2] ! – воскликнул Фергюсон, радушно улыбаясь. – Гарри, познакомься, это старший суперинтендент Кравер из специального отделения. Скотланд-Ярд уполномочил его быть официальным наблюдателем сегодня. Берегитесь, суперинтендент! В старину тем, кто приносил плохие вести, отрубали головы.

– Ерунда! – Кравер небрежно махнул рукой. – У вашего человека нет никаких шансов, и вы это прекрасно знаете. Каким образом он намеревается проникнуть во дворец?

– Не имею ни малейшего представления, – ответил Фергюсон. – Методы меня не интересуют, только результаты.

– Простите, сэр, – вмешался Фокс, – кажется, у нас появилась компания.

Двое телефонистов бросили работу и теперь направлялись прямо к ним. По их клеенчатым плащам струилась вода. Фокс открыл отделение для перчаток и достал оттуда «вальтер».

– Очень интересно, – пробормотал Фергюсон, вглядываясь в приближавшиеся фигуры, потом опустил стекло. – Доброе утро, Тони. Здравствуйте, сержант-майор.

– Сэр, – машинально ответил Джексон, встав по стойке «смирно» и стукнув каблуками.

Вильерс наклонился к открытому окну машины и подал фотографию королевы, сделанную «Поляроидом».

– Еще что-нибудь, сэр? – спросил он.

Фергюсон изучил фотографию и, не говоря ни слова, передал ее суперинтенденту. Кравер взглянул на нее и вздрогнул.

– Бог ты мой!

Фергюсон забрал у него фотографию, щелкнул зажигалкой и поднес пламя к краю карточки. Горящую фотографию он отдал обратно Вильерсу.

– Это лучше уничтожить. А теперь – мы вас слушаем.

Вильерс держал карточку за угол, пока она не сгорела полностью. Потом сказал:

– Луч сигнальной системы в саду проходит всего лишь в двух футах от стены, поэтому через него очень легко перепрыгнуть. В самом дворце сигнализация устаревшей системы. Ничего не стоит ее отключить. Не надо даже быть заурядным взломщиком. – Он достал снимок дворца, сделанный накануне вечером. – Рабочие оставляют лестницы, прислуга не закрывает окна. Проникнуть во дворец просто.

Кравер мрачно рассматривал снимок.

– Мы прогуляемся немного. Фотографию можете взять себе, – добавил Вильерс.

Они с Джексоном отошли к ближайшему фонарю и закурили.

– Кто это такой, черт побери? – спросил Кравер. – Разговаривает, как джентльмен, а похож на хулигана с Ист-Энда.

– На самом деле он офицер гренадерского гвардейского полка. Сейчас работает в спецслужбе, – ответил Фергюсон.

– С такими-то волосами? Вы что, смеетесь?

– В спецслужбе разрешается носить длинные волосы, суперинтендент. В целях маскировки, если вы не хотите, чтобы вас сразу же распознали в доках Белфаста или где-то еще в темных переулках.

– Он надежный человек?

– О да! Имеет две награды. Военный крест за действия против партизан в Омане и еще за работу в Ирландии. Подробности разглашению не подлежат.

Кравер еще раз взглянул на снимок.

– Паршиво! Могу себе представить, чем это обернется для нас.

– Мы пришлем вам полный отчет.

– Не сомневаюсь!

Кравер вылез из машины, и Вильерс подошел к нему. В свете уличного фонаря его лицо казалось бледным.

– Забыл сказать вам еще кое-что, суперинтендент. Там в саду лежит ваш человек. Пришлось отключить его. Вы найдете его под деревом возле пруда в его собственных наручниках. С ним все в порядке, на обратном пути я проверил. Вот только собаку жаль.

– Сукин сын! – пробормотал Кравер.

Он подошел к своему «форду», хлопнул дверцей и уехал.

– Садись, Тони, – пригласил Фергюсон. – Я думаю, вы сможете самостоятельно избавиться от этого фургона, сержант-майор? Я не спрашиваю, где вы его взяли.

– Сэр. – Джексон щелкнул каблуками и пошел через площадь к фургону.

Вильерс сел в «бентли» рядом с Фергюсоном. Фокс завел мотор.

– Кажется, у тебя осталась еще неделя отпуска? – осведомился Фергюсон.

– Официально – да.

Фергюсон задумчиво посмотрел в окно. Автомобиль обогнул Мемориал королевы Виктории перед дворцом.

– Ты давно видел Габриель?

– Давно, – спокойно сказал Тони.

– Она все еще живет в той квартире на Кенсингтон Палас Гарденз?

– Иногда. Эта квартира принадлежит мне, но она пользуется ею с моего согласия. Конечно, у нее есть и своя квартира в Париже.

– Жаль, что вы разошлись.

– Не надо жалеть. Для нас обоих так будет лучше всего.

– В самом деле?

– Да.