Шрифт:
– Да, а куда?
– он подошел сзади, окутывая запахом моего любимого парфюма, от которого ноги подкашивались.
– От моего дома, я хочу опять Крыса проведать, - откинула голову назад, смотря на него снизу вверх.
– Без проблем. Пиши мне тогда, во сколько точно мне там надо быть, - Саша намотал мои волосы на кулак, заставляя еще больше выгнуться.
Медленный будоражащий поцелуй, близость такого желанного тела, рваное дыхание на губах перемешивается с моим.
– Я как будто в очень странном дне сурка, где каждый раз ухожу по делам, но не в силах оставить тебя. При виде тебя я начинаю задыхаться, - прошептал он, водя носом по моей шее, посылая волны мурашек.
– И я, - выдохнула, прижимаясь к Воронову ближе.
– Буду с нетерпением ждать вечера, - он с сожалением отстранился, - машина уже подъехала.
– Удачи сегодня, - я развернулась к нему лицом и получила целомудренный поцелуй в нос.
– Эй!
– Я буду писать, не скучай.
– и я в очередной раз осталась одна.
Когда собиралась уже выходить на тумбочке рядом с ключами и телефоном обнаружила кредитную карточку с подписанным паролем. Ладно, хорошо, он сам напросился.
Глава 19
Я вертелась перед зеркалом, придирчиво разглядывая себя то с одной стороны, то с другой. Платье было восхитительным - кружевное, глубокого бордового цвета с широким шелковым поясом на талии. Мне было все равно на мнение всех тех, кто мог нам встретиться на мероприятии, но в глазах Воронова я хотела выглядеть идеалом. Мне невероятно нравилось, когда в его взгляде зажигались неприкрытые огоньки восхищения.
– Кать, ты там жива?
– осторожный стук в дверь.
Просто я нагло оккупировала его ванную и сказала ни в каком случае ко мне не заходить. Сразу видно мужчину, который долго жил в одном доме с женщиной - Саша проявил беспокойство только спустя часа полтора: завидная выдержка.
– Да-да, сейчас выйду, - отозвалась, подправляя макияж в последний раз, и вышла к нему.
Замерла под непроницаемым темным взглядом, медленно покружилась и склонила голову на бок, ожидая вердикта.
– Черт, - сипло проговорил он, - очень красиво.
– Правда?
– я выставила ногу вперед, открывая разрез до бедра.
– - У меня сейчас два диаметрально противоположных желания: завернуть тебя в простыню и никуда не отпускать, и показать всем, какая ты у меня красивая, - выдохнул мужчина, вгоняя меня в краску.
– Спасибо. Ну, пошли?
Я немного нервничала, потому что примерно представляла всю атмосферу таких тусовок для "избранных", и мне не хотелось быть объектом повышенного внимания. Не представляю, каково Саше - его имя полощут во всех газетах уже битый месяц, но мужчина, сидящий рядом со мной на заднем сидении выглядел вполне спокойным. Удивляюсь его выдержке.
– Через сколько подъехать?
– спросил водитель, когда мы вышли из машины.
– Я позвоню. Ориентировочно часа через четыре, - ответил Воронов, беря меня за руку и ведя ко входу в здание, где будет проходить мероприятие.
– Не нервничай, все будет хорошо, - шепнул на ухо, когда мы поднимались по ступенькам.
Выставка оказалась так себе, лично мне работы протеже кого-то из сильных мира сего совершенно не понравились - не было в них какой-то искры. Потом всех пригласили в банкетный зал, находящийся по соседству, и вот тут началось все самое веселое.
– Добрый вечер, Александр Сергеевич, у вас очаровательная спутница. Не представите ее нам?
– Да, конечно. Это Екатерина, очень близкий мне человек.
– Приятно познакомиться, - и лишь твердая рука на талии удерживает от нервной дрожи.
– А мне как. Александр, что же вы Екатерину от нас прятали? Нехорошо, ой как нехорошо. У меня, кстати, был к вам кое-какой разговор, у вас будет минутка?
– Да, конечно.
И они начинали обсуждать что-то совершенно мне непонятное, либо Воронов оставлял меня на несколько минут и отходил в более тихую часть зала вместе со своим собеседником. Кошмар - тут были люди, о которых я читала в новостях, смотрела по телевизору. В голове никак не укладывалось, что я могу как-то принадлежать к этому миру.
– Ну как ты?
– ко мне подошел Саша, насмешливо наблюдая за тем, как я от нервов поедаю маленькие канапешки с банкетного стола.
– Да вполне все нормально, - улыбнулась.
– Хорошо, - он приобнял меня, - скоро уже пойдем.
– Александр Воронов.
– мужчина окаменел и медленно повернулся на голос, не выпуская, впрочем, меня из объятий.
– Илья Устинов.
– в голосе было столько холода, что я, уже успевшая забыть, за что Саша получил кличку Ворон, быстро излечилась от склероза.