Он был прав: Натали может убежать. Не сейчас, когда он рядом, но может. Она может кому-нибудь рассказать, что на самом деле случилось, и что происходило за закрытыми дверями. Здесь говорили на её языке. Мысль пролетела быстро, как дуновение ветерка, и исчезла.

Она могла убежать, но это не значит, что она этого хочет. Зелёно-голубые глаза, смотрящие на неё с любовью, то, как его нога касается её, тепло его ладони на её бедре — всё это подтверждало то, что сердце уже знало: она никому ничего не скажет. Она не будет пытаться убежать от мужчины, владеющим её сердцем, телом, душой.

Декстер приподнял её левую руку и поцеловал косточки ладони, выступающие за кольцом со сверкающим бриллиантом.

— Ты очень хорошо себя вела, клоп.

Это прозвище её больше не нервировало. Наоборот, от его тона её бросило в жар, и сквозь румяна на щеках проступил настоящий румянец. Она не успела ответить — карт остановился.

Высокий джентльмен в униформе водителя, стоявший у открытой двери большого чёрного внедорожника произнёс:

— Мистер Смитерс, добро пожаловать домой.

— Спасибо, Джинкс, — Декстер кивнул в сторону Натали: — Разреши представить тебе мою невесту, мисс Роулингс.

Натали взглянула на Декстера. Он так просто произнёс её фамилию, словно она не была широко известна. Затем, вспомнив о манерах, она протянула руку Джинксу:

— Добрый день.

— Приятно познакомиться, мисс Роулингс.

Нат хотела было сказать, чтобы он называл её Натали, как звали её служащие Роулингсов, но передумала — Декстер назвал её мисс Роулингс. Если она поправит Джинкса, она поправит Декстера.

— Взаимно, — ответила она.

Краем глаза она заметила вспышку. Или её показалось? Не сфотографировал ли кто-то её? Это то, что ждёт её в Штатах? Находится ли она в списке пропавших? Разыскивали ли её?

Она инстинктивно отвернулась от вспышки к Декстеру.

Нат знала на своём опыте, каково это было — быть мишенью папарацци. Роулингсам было не привыкать становиться объектом внимания жёлтой прессы, словно каждый их выход достоин освещения в новостях. Именно в поисках уединения и анонимности они ездили отдыхать на остров.

— Что такое? — спросил Декстер.

Натали не была уверена.

— Не знаю. Наверное, я просто устала.

Высвободив её руку, он обнял её за плечи и прижал к себе:

— Поедем домой.

— Да. — Её глаза засияли. — Домой. Мне нравится, как это звучит.

Декстер поцеловал её в лоб, и они сели в машину.

Натали была представлена остальным служащим дома. Она была королевой, и к ней все обращались «мисс Роулингс».

С каждым днём Нат всё больше привыкала к перемене места, к поместью в Вермонте. Как и вилла в Австрии, это поместье было роскошным и уединённым. За своё хорошее поведение в самолёте и на публике она была вознаграждена большей свободой передвижения внутри него.

А могло быть и по-другому.

После нескольких недель в Вермонте Декстер взял Натали за руку и повёл вниз по лестнице.

— Хочу показать тебе кое-что.

Сначала она обрадовалась. В его доме было так много интересного. Они спустились на нижний уровень, где находились прекрасно обставленная комната для развлечений, кинотеатр, зал с множеством современных тренажёров. Но по мере того, как они спускались ниже и дальше в глубину подвального помещения, у неё возникло давящее чувство дежавю.

На её коже выступил пот, а желудок сжался, когда он привёл её в комнату, которую пропустил при первом показе дома. Эта комната была сделана им специально для неё. Подобно той, в которой она проснулась несколько месяцев назад, она была запрятана в глубине подвала, а вход закамуфлирован.

Она замедлила шаг, но он потянул её за руку:

— Не останавливайся. Я сделал это для тебя. Это ещё один подарок.

— Почему? Пожалуйста… — проговорила она сквозь слёзы.

Он наклонился к ней и поцеловал в щёку, ощущая соль её слёз.

— Я хочу, чтобы ты знала, что она есть. Она тут, чтобы напоминать тебе о моих правилах. Она тут, если тебе понадобится побыть наедине или, если я решу, что ты должна тут быть.

С колотящимся сердцем она спускалась по серому проходу к белой деревянной двери. Та комната из прошлого была воссоздана полностью, вплоть до спёртого влажного воздуха. Она крепче сжала его ладонь. Зазвучал знакомый звук «би-ип», большая, без ручки, дверь открылась, и Нат почувствовала, как тошнота подступает к горлу. Декстер открыл внутреннюю дверь: белые стены из цемента и бетонный пол.