— Почему ты плачешь? Моя девочка никогда не плачет. — Он словно в колыбель заключает в руки мое лицо и проводит большими пальцами по моим щекам.

— Жизнь просто… — шепчу я, преодолевая комок в горле — …несправедлива.

— А никто и никогда не говорил, что будет по-другому, Руби. Но она у тебя единственная, так что проживи ее так, блядь, как сама захочешь. — Он целует мой лоб.

Я бросаюсь ему на шею. Возможно, если я не отпущу его, то все пройдет. Оскар – ремонтник. Он снова сделает невозможное возможным.

— Прекратите! — я всхлипываю, когда тюремный надзиратель вырывает Оскара из моих объятий.

— Я приду за тобой… — он оборачивается, пока его ноги шаркают по направлению к двери. Он ждет, что я повернусь и уйду, но я этого не сделаю. Не в этот раз. Я смотрю, как он исчезает за дверью, наблюдаю за каждым его вялым шагом – словно слова в последнем предложении книги.

Прощай, Оскар Стоун.

Я люблю тебя.

***

Вероятность возвращения в Лондон равна нулю. Меня зовут Скарлет Стоун, я воровка в третьем поколении с билетом в один конец до Саванны, пока мой бывший жених летит своим рейсом в Африку, и копией «Тишина говорит» Экхарта Толля в ручной кладези. Моя цель – понять смысл жизни или попытаться умереть.

— Если у вас в сумке компьютер, вам нужно его достать.

Я лукаво улыбаюсь, подмигивая охраннику в аэропорте.

— Никакого компьютера. — Я расстегиваю молнию, пропуская сумку через сканер: обычная пара леггинсов, футболки, балетки, рубиновый кулон я взяла в руки, чтобы охрана могла его увидеть.

Через час ожидания и импульсной покупки надувной дорожной подушки для шеи, мы взлетаем. Мой взгляд находит белые костяшки пальцев, мертвой хваткой сжимающие подлокотники кресла первого класса. Перед тем, как уничтожить компьютер и телефон, я взломала систему авиакомпании, и поменяла свой билет на первый класс без возмещения денежной разницы. Это была моя самая последняя незаконная проделка.

Надеюсь.

— Вы часто летаете? — дрожащим голосом спрашивает блондин, немного ослабляя хватку. Широко раскрытые глаза смотрят на меня, а на загорелом лбу проступает пот.

Американец. Прекрасно. Они бывают такими чертовски болтливыми. Оскар всегда говорил, что я такая же болтливая, как и янки, но мне на самом деле далеко до них.

— Нет. Я предпочитаю поезд, но если это вам поможет, то скажу, что никогда не летала на самолете, который в итоге разбился.

Его серо-голубые глаза лезут на лоб от испуга.

Самолет теряет высоту. Мой сосед вновь хватается за подлокотники мертвой хваткой.

— Мы умрем.

Я сдерживаю ухмылку.

— Это просто воздушная яма. Если ты хочешь, чтобы что-то действительно взорвало твой мозг, я могу рассказать тебе о недавней статье, которую прочитала, о том, что Северная Корея запустила EMT-оружие над США. Если бы оно взорвалось, то вся электроника была бы выведена из строя - включая электронику на самолетах.

Парень в смертельной хватке начинает задыхаться.

— Я знаю. Сама была в шоке. — Вздохнув, пожимаю плечами. — Но эй… это была бы чертовски увлекательная поездка. — Ладно, возможно, я болтливее обычного британца.

— У вас острое чувство юмора. — Сквозь появляющуюся, но все еще очень натянутую улыбку проглядывают идеальные белые зубы. Цвет возвращается в его пальцы и на лицо.

— У вас огромный словарный запас. — Я протягиваю руку. — Я Скарлет Стоун.

Его глаза скользят несколько раз между его руками и моей, прежде чем он отпускает подлокотник.

— Нолан Мур. — Он сжимает мою руку, словно я держу его болтающееся тело на краю моста.

В ответ я также крепко сжимаю и его руку. Оскар говорил, что рукопожатие говорит о многом – делай это уверенно либо вообще не делай.

— Американец? — я предпочитаю внешне не проявлять свою самонадеянность.

Он кивает.

Я откидываю голову назад и закрываю глаза, мысленно похлопывая себя по спине за проявленное дружелюбие.

— Свадьба.

И… понеслось. Опять светская беседа.

— Прости?

Нолан сжимает руки в кулаки на коленях, когда мы мчимся сквозь облака.

— Свадьба. Я был здесь на свадьбе. Мой друг из колледжа женился в Фарнхэме.

— О. Замечательно. Очень хорошо, тогда. — Я продолжаю дремать.

— Я из Саванны, штат Джорджия.

Трясущимися руками Нолан принимает от стюардессы маленькую бутылочку Джека, колу и стакан со льдом. Он улыбается, но губы еще слегка пробивает нервная дрожь.

Возможно, он такой болтливый только из-за того, что нервничает.