Шрифт:
Через полчаса Стася сидела в ванной с тестом, который предательски вырисовывал вторую полоску.
— Что делать? Как же я так вляпалась? Дура! — ругала она саму себя, — я же пью противозачаточные… значит в какой-то момент это не сработало… но в какой?
Вопросов было больше, чем ответов. Положение было дурацкое и безвыходное. Мысли об аборте даже не возникали, но кто отец?
Глава 27
Рассказывать подругам о своём дурацком и в то же время интересном положении не хотелось. Стася вообще никому не сказала ни слова.
Лишь спустя полторы недели, удостоверившись после сдачи анализов в поликлинике, что она действительно не ошиблась, девушка решила, что пора разобраться во всем.
Недолго думая, она позвонила Сергею и залепетала что-то о проснувшихся чувствах к мужу, и что она не должна была ему изменять, и что видеться им больше не стоит и ей искренне жаль, что так вышло. Не успел Сергей что-либо ответить, как она уже бросила трубку, внесла его номер в черный список и слезы ручьем потекли из глаз. Больно, жутко больно, но у неё есть муж, и это, казалось, правильное решение. В этот же вечер у подъезда ее ждал Сергей.
— Милая, ты можешь объяснить, что происходит? Я видимо настолько глуп, что ни черта не соображаю.
— Сереж, я тебе уже все сказала, — сказала Стася, отводя взгляд в сторону, — я полюбила Костю, всё, что было между нами, ошибка, встречаться мы больше не можем. Я прошу тебя, оставь меня в покое и не ищи встречи со мной.
Договорив, она бросилась в подъезд. Почти бегом перепрыгивая ступеньки, она поднялась в квартиру, а как только закрыла за собой дверь, то сползла по ней на пол и горько зарыдала. Как нож в сердце вставили.
Сергей еще какое-то время постоял у её подъезда, а потом развернулся и ушел. Скорее всего навсегда…
Через месяц Стася призналась Косте, что беременна, ведь скрывать уже дальше нельзя было. Костя выразил неоднозначную реакцию, а Людмила Александровна сначала было обрадовалась, потом видимо вспомнила о их разговоре, и улыбка сошла с её лица, но она всё-таки была рада.
Сергей конечно же еще звонил и писал, но всё бесполезно, когда твой номер заблокирован. Пытался поговорить на работе, но всё тщетно. Так что через несколько недель он практически исчез из поля зрения. Он достаточно много и усердно трудился, так что теперь он был на хорошем счету у акционеров банка, а его холостое положение позволяло отправлять его в командировки куда угодно. Сергей не возражал, «дома всё равно никто не ждет» говорил он, а алименты платить надо, да и квартиру он купил хоть и в ипотеку, но намерен был ее погасить как можно быстрее.
Неделя, две, три, месяц, четыре… Живот Стаси стал заметно округляться, подруги конечно же были уже в курсе, но никому она так и не решилась рассказать, что несмотря на то, что замужем, она не знает кто отец. Даже Катьке боялась признаться, что второй раз влипла в такую ситуацию. Стыдно было.
Всё, что требовалось для нее и ребёнка, Костя покупал. На двадцатой неделе наконец предстояло узнать пол.
— У вас будет девочка, — говорила узист, — вон какая красавица, здоровенькая.
Слезы наворачивались от снимка малышки. «Вот она, моя родная душа, мой самый родной человечек»: думала Стася, прижимая снимок к сердцу.
В выходные «шайка» была в сборе. Им не терпелось услышать подробности о малышке.
— Стась, я тут подумала… — шепнула Катька подруге, — а ты уверена, что отец Костя?
Стася опустила глаза и еле слышно ответила:
— Нет… Ты не подумай ничего, я…
— Я так и знала, — прервала её Катька, — а вдруг это Сергей, неужели ты лишишь его дочери? Он наверняка бы обрадовался!
— Так будет лучше, — возразила Стася, — Людмила Александровна очень хочет внучку, Косте уже пора ребенка, да и замужем я всё-таки за Костей.
— Это неправильно, — не унималась Катя, — родишь малышку, сделай тест ДНК, в этом ничего такого нет.
— Она моя, и этого достаточно. Если это ребенок Сергея, то он не простит мне того, что я его бросила, да и Костя не переживет. А если это ребенок Кости. Тогда я правильно всё сделала. Так что так лучше.
Стася явно дала понять, что мнение свое не поменяет, но Катьке этого было недостаточно.
До конца беременности тема отцовства не поднималась. Стася и сама уже привыкла ко всему.
Через несколько месяцев и вовсе всё вошло в привычное русло. Даже Людмила Александровна, кажется, забыла обо всем и как ребенок радовалась очередной покупке для будущей внучки.
Оставалось пара недель до назначенного срока. Сентябрь на редкость радовал погодой, несмотря на красно-желтый наряд деревьев. Дни были невероятно солнечными и теплыми. Бабье лето.
Стася с Катькой прогуливались по магазинам в поисках очередной милой распашоночки. Они зашли в детский магазин и битых два часа выбирали распашонки, пару ползунков и детский фотоальбом. Уже в очереди в кассу Стася разглядывала прохожих через витрину магазина как увидела его. На улице стоял Сергей и разговаривал по телефону. Сердце предательски пропустило удар, низ живота наполнился тяжестью.