— Не пользовались.

— Почему?

— Прости, котенок. Но останавливаться было нельзя.

— Но…

— Я вовремя вышел. Помнишь?

— Мне кажется, там еще были моменты. Позже.

Точно были. Иногда все начиналось внезапно, презервативов не было под рукой. А я была такое беспечной… Вообще ни о чем не думала. Зато теперь думаю!

— Котенок, чего ты боишься?

— Я всего боюсь!

— Не бойся. Я рядом. Всегда.

Ага, конечно. Всегда…

Он был рядом эти три дня и три ночи. Да что там рядом… почти все это время он был во мне. Мы были как одно целое. Это было чудо…

А сейчас я чувствую что-то вроде похмелья. Меня накрыла адская усталость и какое-то опустошение. Голова чугунная от недосыпа. Все тело ноет.

Чудесная лесная избушка осталась где-то позади. Мы возвращаемся в реальность.

— Как ты хочешь отпраздновать день рождения? — вдруг спрашивает Михей. — Вдвоем? С нашей компанией где-нибудь в ресторане? У тебя были какие-то планы?

— Можно вообще не праздновать, — отмахиваюсь я.

Вот честно — шумного праздника мне сейчас совсем не хочется. Больше всего на свете мне хочется спать. И я очень сочувствую Михею, который едет не в теплую постельку, как я, а на деловую встречу.

— Почему можно не праздновать? — спрашивает он.

— Свой главный подарок я уже получила. Спасибо тебе за него.

— Юля…

Он замолкает. Хмурит свои густые брови и жестко сжимает губы. Я его таким еще не видела.

— Что? — не выдерживаю я.

— Не надо говорить мне “спасибо”! — это похоже на рычание.

— Почему?

— Потому, — бурчит он.

И я слышу в его голосе что-то вроде раздражения.

Все выходные грозный Медведь был плюшевым Мишкой. Нежным, заботливым, внимательным ко всем моим желаниям и чутким к малейшим оттенкам моих настроений. А я была мурчащим котенком — ласковым, милым, послушным, без коготков и острых зубок.

Но на самом деле мы оба не такие. А какие? Я не знаю. Я его совсем не знаю. А он меня.

— Может, поедешь ко мне и там ляжешь спать? — вдруг выдает Медведь.

— Зачем?

— Ну… просто. Я вернусь домой — а ты там.

— Миш… Я поеду к себе. Высплюсь. А ты постарайся побыстрее разобраться с делами и лечь спать. Это будет разумно.

— Разумно… — повторяет Михей.

И я снова слышу в его голосе неприкрытое раздражение.

Я открываю глаза. Обозреваю свою комнату, в которой не была всего три дня. А кажется, что три года… Столько всего случилось за это время!

Случившееся отзывается в теле сладкой болью и приятной негой. Болью — в тех местах, которые просто дымились от бешеного напора Медведя.

Да, он может быть нежным и аккуратным… Но недолго. Потом его накрывает жаркая, сумасшедшая, сметающая все на своем пути страсть. Он так жадно на меня набрасывается — даже в десятый раз, даже в двадцатый… А, впрочем, я веду себя также.

Со мной-то все понятно. У меня этого не было никогда. Я дорвалась до вкусняшек и не могла остановиться. Но Медведь… у него такого было навалом.

Нет, я не буду ревновать к его прошлому. Это глупо. Просто… Он неотразим. Правда. Он красивый, высокий, мощный, обаятельный. Просто ошеломляющий! Конечно, за ним всегда бегали девчонки.

И я тоже в их числе. Я запала на него с первого взгляда. Пыталась его соблазнить. Была приставучей и навязчивой. И он меня очень грубо отшил…

При воспоминании об этом мое радужное состояние как будто накрывает темной тучей. Но я отгоняю ее.

Зачем об этом вспоминать? Теперь все по-другому. У нас все взаимно. Между нами бешеная страсть… Мы чувствуем друг друга! Возможно, даже на расстоянии. Возможно, Медведю сейчас также одиноко и тоскливо, и так же сильно чего-то не хватает, как мне…

Телефон!

Я подрываюсь и хватаю его с тумбочки. Наверное, там куча непринятых звонков и сообщений от Михей.

Я судорожно снимаю блокировку, смотрю на экран, не верю глазам, обновляю, перезагружаю — ничего. Полная тишина.

Мы расстались восемь часов назад. И за это время Медведь мне не позвонил. И не написал.

Наверное, спит… Не может же быть такого, чтобы он забыл обо мне. Или не хочет больше видеть. Конечно, это невозможно!

Но первой я писать не буду. Подожду, когда он проснется и сам напишет. Уверена, это случится в самое ближайшее время.

Главное — не загоняться на пустом месте. А это я умею…

Я слышу голоса, доносящиеся из глубин квартиры. Это Соня и… неужели Яна? Выскакиваю на кухню — точно, она.

— Привет!

Обнимаю ее, глажу по животу, пока еще совсем небольшому.