— Патрик.

Он нахмурился, припоминая человека с таким именем.

— Патрик, — повторила Мари на ухо мужу. — Патрик Перрен.

Напряжение, в котором находился Огюст весь рабочий день, вернулось снова. Мари понимающе улыбнулась. Иногда бывает нелегко иметь в мужьях человека, который разбирается в мотивах поведения людей лучше, чем они сами. Осторожность, боязнь поступить опрометчиво и в то же время стремление предвидеть опасность стали частью его натуры.

Она нежно повернула лицо мужа к себе. Когда живешь бок о бок с любимым человеком, то волей-неволей начинаешь понимать ход его мыслей. Мари с радостью отметила, как стремится Огюст защитить Одетт от предполагаемой угрозы.

— Не волнуйся. Я сама пригласила его в гости.

Огюст взял жену за руку и отвел на такое расстояние, чтобы можно было говорить, не опасаясь, что их услышит Патрик.

— Когда? Ты ничего не говорила мне об этом.

Мари вздохнула, еле сдерживая смех.

— В прошлый понедельник, — напомнила она. — Я написала ему в понедельник и сказала тебе об этом, забыл? — Мари хмыкнула: — Типичный муж, который не прислушивается к словам жены.

— Когда? — Огюст обвил руками талию жены, наслаждаясь ее близостью. — Когда ты мне об этом говорила?

— В понедельник, — терпеливо повторила Мари. — Ночью.

Что-то смутное забрезжило в его памяти.

— Мы были в постели?

Улыбка Мари стала озорной.

— А ты не помнишь, милый?

Огюст задумчиво разглядывал жену.

— Это было во время… Ну, когда мы…

Теперь озорная улыбка зажгла такие же искорки и в его глазах. Мари сильнее прижалась к мужу. Господи, как же она любит этого мужчину! И как только она могла жить без него раньше?

— Прямо перед этим, — кивнула она, подтверждая его догадку.

Тогда он наклонил голову и нежно поцеловал ее в губы. Фантазия Огюста разыгралась, и он уже ясно представлял, чем они займутся, когда Одетт уляжется спать в своей кроватке.

— Полагаешь, я должен после этого что-то помнить? — фыркнул он. — Это все равно, что спрашивать десантника, какого цвета были облака, после того как он приземлился на неприятельской территории. Уверяю тебя, в этот момент голова его занята совсем другим.

— Какое заумное сравнение даже для человека твоей специальности! — притворно удивилась Мари.

Огюст ничего не ответил, еще сильнее притягивая жену к себе.

— Эй, вы там, двое! А ну перестаньте, пока я не напустил на вас полицейских из отдела нравов.

Фартук Жан-Батиста был испачкан мукой. Если бы не это, он выглядел бы безупречным. Можно было подумать, что шеф-повар только управляет помощниками, со стороны наблюдая за их работой, а не занимается самолично приготовлением блюд с восьми тридцати утра и до позднего вечера.

— Не приставай к влюбленным, — подмигнул Огюст. — Лучше скажи, что он здесь делает?

Жан-Батист хорошо понимал состояние Огюста. Он сам несколько раз заглядывал в кабинет посмотреть, чем там занимается этот Перрен.

— Ну, несколько раз он звонил куда-то. А все остальное время возится с Одетт.

— Он даже сменил ей подгузник, — вставила Мари.

— Эй, это моя привилегия! — возмутился Огюст.

Патрик обернулся, когда шум голосов проник в его сознание, и улыбнулся, поняв, что собравшиеся в коридоре чувствуют себя неловко из-за необходимости прятаться. Они напоминали детей, разговаривающих ночью в спальне.

Он вышел в коридор, держа Одетт на руках.

— Рад приветствовать вас, — сказал Патрик, протягивая руку.

Огюст почувствовал горячее рукопожатие Патрика и поэтому ответил тем же. Затем кивнул на Одетт.

— Как вы ловко держите ее.

Сам он не сразу решился взять ребенка на руки, боясь, что уронит девочку и разобьет ее, словно фарфоровую статуэтку.

— Это пришло как-то само собой, — пожал плечами Патрик и взглянул на кругленькое улыбающееся личико Одетт казалась счастливейшим ребенком на земле.

— У вас, наверное, много братьев и сестер? — спросила Мари.

Она почему-то взглянула на старшего брата, который присел на край стола и внимательно прислушивался к разговору.

— Нет, что вы. Хотя у меня несметное число кузин и кузенов всех возрастов. — Патрик ласково погладил Одетт по головке. Только слепой не увидел бы его любви к детям. — Я всегда хотел иметь большую семью. Когда Клодин… погибла, я поставил крест на своих мечтах. И вдруг в моей жизни появилась Одетт… — Патрик замолчал, осознав, что думает вслух. — Но вы, конечно, обо всем знаете.