Я выгнулась и постаралась принять более соблазнительную позу, подставляя свою грудь под взгляды Адама. Мои пальцы бесстыже порхали по всей груди, теребили соски.

– Огонь! – одобрительно отозвался Адам.

Ему нравилось…

Ему так нравилось, что пьянило и меня тоже. Я простонала. Тело вздрогнуло от новой порции удовольствия, от мурашек, строем прокравшихся вдоль всего позвоночника.

Адам приблизился. В мою сторону пыхнуло жаром его большого, сильного тела. Он был красив, совершенен и совершенно безжалостен, манипулируя мной, играя, как с куколкой.

Он вынуждал меня делать то, чего я не хотела делать.

Или хотела?

Хотела, но не могла ни с кем реализовать свои желания, потому что не имела близости с мужчинами.

Сейчас в моей жизни появился Адам… То, что между нами происходило, не укладывалось ни в одни существующие рамки отношений.

– Сожми, – приказал он и подстроился так, чтобы его член начал скользить между грудей. – А теперь смотри на это, Эва.

Тело было охвачено таким нетерпением, которого я не чувствовал еще никогда. Прежде не желал женщин так яро. Даже, если расставлял сети, в которые должна была угодить одна из них, был горячим снаружи, но хладнокровным внутри.

Играл легко, соблазнял играючи.

С Эвой же…

Пришлось попотеть!

Йоп, она едва не ускользнула от меня. Пришлось хорошенько постараться, расслабить, возбудить!

Напором было бы проще и быстрее.

Но в глазах моей красотки на тот миг, когда я начал давить, страх начал побеждать возбуждение и симпатию.

Что было бы в итоге? Секс, может быть, и случился бы! Но на этом все.

Я бы кончил без всяких сомнений, но ни я, ни Эва не получили бы от этого процесса полноценного кайфа.

Секс – не только совокупление тел, он еще и в голове проигрывается, как мелодия на пластинке. Если партнер делает все правильно, получается идеальная мелодия. Если что-то сбоит, то доиграть можно, но без удовольствия.

Моя цель – получить все оргазмы Эвы. До единого.

Чтобы даже от мыслей обо мне в ее голове появлялась дымка желания и туманящее разум возбуждение.

Чтобы текла на меня постоянно и попросила оттрахать ее полноценно.

Кажется, теперь у меня самого идея фикс – сорвать ее целочку. Стать первым…

Присвоить себе эти мгновения, а пока я могу насладиться тем, что выиграл не войну, но хотя бы битву. Эва образно говоря, выбросила белый флаг и сдалась! Теперь только до конца довести.

Конкурент временно устранен, Эва была полностью в моем распоряжении и дрожала, стонала, чуть не подскакивала на краю дивана, лаская свою грудь.

Идеальные сиськи, с крупными, торчащими сосками.

Она сжимала свои груди по обе стороны от моего члена и краснела, отводила взгляд, потом снова смотрела.

Это было так возбуждающе и трогательно. Мне очень льстило, что я первым открывал для нее грани такого удовольствия.

– Адам…

– Нравится?

Эва отрицательно замотала головой, но сама облизнула губки, дыша громко и часто.

– Ротик открой.

– Что?

– Открывай. Пора пробовать…

Я запустил пальцы в волосы Эвы, и выпрямился, почти ткнулся концом в ее припухшие губы.

– Оближи губы и начинай посасывать головку. Просто бери ее в рот, как чупа-чупс!

– Я никогда не делала такого.

– Я буду первым. Во всем! – подчеркнул.

Сказал и ощутил, как вдоль всего позвоночника пробрался яростный огонь, сжигающий все на своем пути.

Член потек смазкой.

– Начинай, Эва…

– Как же я тебя…

Она не договорила. Головка ткнулась в ее мягкие губы. Я чуть не заорал вслух от того, какие они мягкие и горячие, влажные.

Я надавил чуть сильнее, смазка скользнула прозрачной каплей по ее губам.

Ахереть зрелище!

Меня затрясло…

В голове пронеслось: «Осторожнее на поворотах, Адам! Ибо тебя несет!»

Я отмахнулся. Легкомысленно.

У меня все под контролем.

Не до здравых мыслей, когда такие губки и нетраханный ротик просят обучить их оральному ремеслу.

– Обли…

Эва сама приоткрыла губки и накрыла ими крупную головку.

Бля. Бля. Бля…

– Да. Вот так… Старайся, но переусердствуй!

Я погладил ее шею под подбородком:

– Расслабься. Я учитель требовательный, но за мелкие огрехи не наказываю, лишь направляю!