Энди посмотрела на небольшую кучку людей, за которой я пару минут назад следила.

— Пит Дикинсон, Леонардо Марвиони, Том Дженверс — три крупных акционера инвестиционной компании. Женаты, имеют любовниц… — перечисляла Энди имена и фамилии непонятных шишек и удивленно посмотрела на меня. — У вас разница в возрасте — лет двадцать минимум. Думала, тебе моложе нравятся…

Я быстро перевела взгляд, но незнакомца, заинтересовавшего меня, в той компании не оказалось.

— Пойду в туалет.

Я поставила пустой бокал на поднос и направилась в сторону уборных, минуя гостей и поглядывая по сторонам. Загадочный мужчина растворился, словно мираж. Зашла в просторное помещение и посмотрела в зеркало, улыбнувшись своему отражению. Отлично. Идеальная кожа с бронзовым оттенком, блестящие после мартини зеленые глаза, прямой нос и чувственные земляничного цвета губы, которые я сразу облизнула. Надо их немного подправить бесцветным блеском — и все. Закрыла клатч, гармонировавший с золотистыми босоножками, и вышла в коридор.

Ресторан находился в удобном месте с хорошим видом на город и славился своей галереей с пионами, а я их очень любила, поэтому направилась на второй этаж, чтобы полюбоваться цветами и городом. Здесь было значительно тише и спокойнее. С балкона можно увидеть сверкающую в огнях Эйфелеву башню, потрясающее и завораживающее зрелище. Я облокотилась на гладкую светлую поверхность мраморных перил и вздохнула. Вечером уже не так тепло, как днем, тем более, осень давала о себе знать. Я смотрела на башню и размышляла, но даже не почувствовала, что мое одиночество кем-то нарушено. Постаралась сделать невозмутимое лицо, хотя рядом со мной стоял ОН, а в голове роилась уже куча мыслей: вблизи он еще красивее и от него чертовски приятно пахнет, у него длинные пальцы и хороший вкус…

— Как впечатление?

И СЕКСУАЛЬНЫЙ ГОЛОС! Низкий бархатный баритон. «Меган, тебе чертовски повезло. Ч-ч-ч-ч-чертовски».

— Я люблю Париж, — ответила я. — Тут особая атмосфера…

— Я спрашивал не о городе, — мягко перебили, вводя в легкое замешательство.

Повернула слегка голову и встретилась с ним глазами. Две черные бездны смотрели, словно в самую душу, и нельзя спрятаться, спастись, отвести от них взгляда. Незнакомец вызывал странные реакции в теле, даже мысли путались. «Соберись, Меган!». Порыв ветра немного остудил лицо и кожу.

— Тогда о чем же?

— Минут двадцать назад ты занималась не созерцанием города, — сказал таинственный незнакомец, пристально разглядывая мое пылающее лицо.

Ах, вот о чем речь. Какое он произвел впечатление на меня? Неизгладимое, но я же не признаюсь в этом. Лучшая защита — нападение.

— Тогда у меня аналогичный вопрос, — склонила немного голову, не разрывая зрительного контакта с красивыми черными глазами, в которых отражались огни башни.

Губы мужчины дрогнули и превратились в легкую улыбку. Я уже не обращала внимания на то, что сейчас немного прохладно, а на мне только открытое бирюзовое платье. Взгляд угольных глаз и чувственная улыбка разжигали в теле огонь, пожар, который срочно требовалось потушить. И я знала один действенный метод…

— Могу сказать, что приятно впечатлен, а удивить чем-то меня очень сложно.

— Неужели, — протянула в ответ. Внутри все ликовало. Значит, наша симпатия с этим красавчиком взаимна.

Он облокотился о перила. Черные глаза опустились на мои губы, шею, грудь, ноги и вернулись на покрасневшее лицо. Такой откровенный и обезоруживающий взгляд смущал. Румянец и я — несовместимые вещи, но этот мужчина делал что-то невероятное, когдатаксмотрел. Казалось, он раздевал только одними глазами, оставляя совершенно обнаженной.

— Думаю, ты знаешь, какое впечатление производишь на мужчин.

— Меня интересует мнение только одного на данный момент, — непроизвольно выскользнула мысль наружу без моего ведома.

Когда эта фраза вырвалась, я стала ненавидеть себя за то, что привычка «сначала говорить, а потом думать» сыграла со мной злую шутку именно сейчас. Взялась рукой за холодные мраморные перила и облизнула пересохшие губы. Да что со мной творится? Как школьница, ей Богу! Нос уловил запах мускуса, ванили и жасмина, а шею обдало горячим дыханием.

— Seulement une jeune fille m'int'eresse maintenant*, — прошептал он идеально по-французски. (с франц. Меня тоже интересует на данный момент только одна девушка).

Вас когда-нибудь соблазняли одними словами? Со мной это произошло впервые. Я даже перестала дышать. Он отстранился, расстегнул пиджак и накинул мне на плечи.

— Кажется, ты замерзла.

Вовсе я не замерзла. Я вся пылала, черт возьми! И пожар сейчас полностью поглотит напряженное до предела тело!

— Спасибо, — смущенно пробормотала я.