– Думаю, да, - сказал Макрон.
– Хотя иногда я не могу не скучать по старой жизни.

– Это естественно. Но ты не мог служить в армии вечно.

– Я знаю, - грустно сказал Макрон.

Наступила пауза, прежде чем Клавдия откашлялась.
– Здесь мирно, но было бы мудро не принимать все как должное.

Катон повернулся к сыну.
– Почему бы тебе не пойти и не посмотреть, не хотят ли твои друзья поиграть?

Взгляд мальчика переместился на деревянные тренировочные мечи, лежавшие на столе.
– Могу ли я взять их с собой?

– Если ты будешь достаточно осторожен, - сказал Катон.
– Я не хочу услышать о сломанных костях или окровавленных носах. Понял? И возьми с собой Парвия.

Прежде чем Катон успел передумать, Луций схватил гладии и побежал к кухонному блоку в задней части дома. Мгновение спустя он появился с долговязым мальчиком, который был на несколько лет старше его. Парвий был немым мальчишкой, которого Макрон и Петронелла спасли с причалов Лондиниума в прошлом году и приняли в свой дом. Четверо взрослых смотрели вслед мальчикам, пока те бежали обратно через двор и исчезли в коридоре, ведущем к передней части дома. Макрон усмехнулся.
– Осмелюсь сказать, что еще до конца дня несколько детей уйдут домой с синяками и ссадинами.

Катон кивнул и слабо улыбнулся, прежде чем повернуться к Клавдии.
– Я не думаю, что разумно обсуждать некоторые вещи при Луции. Он хороший мальчик, но у детей есть привычка повторять то, что они услышат.

– Я знаю. Мне очень жаль.
– Она сложила руки.
– Но ты не хуже меня знаешь, что будущее провинции висит на волоске. Я слышала это от Нерона много раз, когда жила во дворце. Он ненавидит этот остров. Это постоянная трата казны, и он скорее потратит серебро на развлечения в Риме, чтобы толпа была счастлива, чем на покорение племен, так и не принявших римское правление, на обеспечение которого потребовалось гораздо больше времени и военных ресурсов, чем ожидалось. Каждый год легионы и вспомогательные войска нуждаются в новых рекрутах, чтобы восполнить понесенные потери. Она пожала плечами и покачала головой.
– Право, я не знаю, сколько еще он будет это терпеть.

– Он был бы дураком, если бы бросил Британию, - прорычал Макрон.
– Мы заплатили за эту провинцию своей кровью. По крайней мере, нашей, легионерской. Если Нерон отбросит все это в сторону, здесь найдется много людей, как в легионах, так и в колонии, которые подумают, что пришло время для нового императора. Кроме того, большая часть работы уже сделана. Низинные племена не представляют угрозы. Они были завоеваны или разоружены и подписали договоры с Римом. Бриганты10 на севере находятся под нашим контролем, а единственные оставшиеся враги находятся в горах на западе. Новый наместник дал понять, что он собирается позаботиться о них. Не так ли, Катон?

Более молодой собеседник кивнул.
– Это новости от нашего друга Аполлония из Лондиниума. Светоний11 концентрирует людей в Деве, чтобы нанести удар в горах. Идти будет тяжело. Мы с Макроном участвовали в предыдущей попытке. Это плохо кончилось.

– Это потому, что кампания началась слишком поздно в том злополучном году, - перебил Макрон.
– Если бы не погода, мы бы покончили с этими ублюдками из горных племен. Мы бы взяли Мону и покончили бы и с друидами12.

– Но мы этого не сделали, - сказал Катон.
– И теперь, когда у них за плечами победа над Римом, их будет еще труднее подчинить. Если кто и может это сделать, так это Светоний. Имеет опыт боевых действий в горах. Несколько лет назад отлично поработал в Мавретании. Я полагаю, что он был специально выбран для этой работы.

– Или он протиснулся в начало очереди, - усмехнулся Макрон.
– Последний шанс поставить печать на своей репутации. Вы знаете, что из себя представляют эти аристократы. Все, что угодно, лишь бы добавить блеска фамилии и превзойти деяния их предков и их политических соперников.

– Этому Светонию потребуется вызывать к себе резервы?
– спросила Петронелла.

Макрон взял ее руку и нежно сжал ее.

– Скорее всего нет. Нас здесь слишком мало, чтобы что-то изменить, если нас призовут в строй. В любом случае, мы здесь нужны. Пропретор знает, как важно иметь небольшой отряд ветеранов в тылу, чтобы гарантировать, что ни у одного из местных племен не возникнет соблазна поиграть, пока кота нет дома.

Клавдия криво улыбнулась.
– Я думала, ты уже ранее говорил, что племена равнин не представляют угрозы.

– Значит, так и есть, - твердо ответил Макрон.
– Тринованты13 вокруг Камулодунума кроткие, как ягнята.

– Я не удивлена, - сказала она.
– В колонии с ними жестоко обращались ветераны, как мне сказали. Их земли были захвачены, а некоторые из их мужчин рекрутированы и вынуждены служить во вспомогательных когортах, и я слышала, что многие женщины подверглись насилию.

– Поначалу всегда возникают небольшие проблемы, - возразил Макрон.
– Ребята в колонии привыкли к военной службе. Проходит несколько лет, прежде чем они научатся быть гражданскими лицами.