Кольнуло в сердце. Начала противно онемевать левая рука.

А там, в ящике – его двойник, невесть как туда забравшийся, отшатнулся назад, выставив перед собою руки. И кто-то невидимый, голосом исчезнувшего безголового Кусмэ Есуга, добавил:

– …пёстрое перо из крыла ястреба… не так ли?

Голос не давал хану ни минуты передышки, в подробностях рассказывая, как именно они с Касаром убивали сводного брата Бектера. И главное – всё-всё рассказанное было правдой, до мелочей!

Голос гремел. Заполнял собой голову хана, этот зал, чужую эту местность, это поднебесье – всё вокруг! Пока старец в синем ханском халате с вышитым золотым драконом не взбеленился:

– Молчи, червь! Я подозревал, что какая-нибудь змея однажды помянет старое! А коль так, вы можете быть только шпионами тайчиутов… Значит, смерть ваша будет ужасна и мучительна!

Щёлк! Женщина в грязно-зелёном несусветном облачении, напоминавшая ожившую кучу мусора, что-то сделала и… свечение внутри ящика мгновенно угасло. Немыслимый двойник хана ИСЧЕЗ!

И лишь тогда Великий заметил, что вокруг по-прежнему бесчисленное множество подобных ящиков. И в каждом из них шевелятся эти шайтанские картинки – о исчадья зла! – и в каждом копошатся крохотные чужеземные воины, угодившие в плен к неотступным демонам.

Но… почему только чужеземные?! Вот же, вот…

В одном из ящиков привлекла взор знакомая картина, правда, наблюдатель, должно быть, сидел очень высоко: по степному разнотравью двигалась огромная колонна, состоявшая из маленьких всадников. Чёрный тумен! Хан безошибочно опознал свой панцирный корпус. А потом отыскал в конном строю и себя самого на своём жеребце!

«Да как же это?!»

Крохотный Чёрный тумен размашистой рысью двигался в свой крохотный Вечный Поход. И в голове Чингисхана впервые в жизни шевельнулась ядовитая мысль: «Какую же ничтожную малость люди представляют из себя в этой Вселенной…»

А потом говорил Аль Эксей. Говорил долго. Когда же последнее сказанное им слово повисело в воздухе и растаяло – всем собравшимся показалось, что молчаливое небо опустилось на плечи и обернулось давящей тишиной.

Ни хан, ни темник, по сути, так и не смогли понять многого из объяснений Аль Эксея. Как это может быть, чтобы степи были не плоской бескрайней равниной, а огромным, необозримым для глаза, шаром?

Мыслимое ли дело, чтобы подобных шаров было несчитанное множество, и звались они особым словом: планеты?

Более того! Чтобы плавали эти планеты, точно в глубине безбрежной и бездонной реки, по бесконечной черноте, похожей на ночь? Да разве бывает ночь без дня?!

И может ли быть истиной, что звёзды, исходя из рассуждений Аль Эксея, – это вовсе не посвёркивающие безделушки-огоньки на ночном небе, а громадные, всё сжигающие огненные шары?! В точности такие же, как солнце!

Но все эти небылицы рассказывал анда Хасанбека с тою лишь целью, чтобы поведать им главную весть… Из его слов выходило, что все они сейчас находятся не на земле предков… и даже не на чужих землях, до поры принадлежавших другим царям и ханам…

Страшно даже представить – находятся они на одной из тех звёзд, что веками подмигивали ночью людям! А сделали всё это демоны, унесли их сюда против воли… Именно те отродья, которые убедили Великого Хана – а вместе с ним ещё десятки великих полководцев всех стран и времён! – что они, дескать, «посланники Неба»… Те пришлые соблазнители, уговорившие всех их отправиться в Вечный Поход.

Так уж получилось – все предыдущие объяснения ордынцы осознать не смогли, но вот ЭТО! В это они попросту поверили… Да и как можно не уверовать в злую волю и козни демонов?!

А ещё им пояснили, для чего всё это затеяли выходцы из преисподней. Оказывается – для развлечения! Оказывается – нечистые забавляли себя, развеивали скуку неизбывную! Тешились этими кровавыми битвами… этими массовыми смертями игрушек-человечков…

– Вот, полюбуйтесь! – в доказательство своих слов Аль Эксей обратил внимание монголов на яркую и большую живую картину. – Интересно, какие у них ставки?

Выпучив глаза, Чингисхан уставился в окошко самого большого короба, в котором шевелились фигурки бледноликих. Да-да, Повелитель узнал ненавистные лица! На этой шевелящейся картинке двигалось около двух десятков демонов. Они находились в большом зале какого-то дворца. Вокруг было богатое, диковинное убранство. Сновали какие-то женщины. Подносили еду и питьё. Но эти демоны не обращали внимания ни на что… кроме такого же ящика с живыми картинками.

На демонов было страшно смотреть! Они топали ногами. Свистели и ругались. Хлопали себя по коленям. Вскакивали. Отталкивали женщин. Между ними суетился шустрый человек в жёлтом одеянии. Сноровисто что-то собирал, выхватывая из ладоней нетерпеливо тянущихся к нему рук… А в ящике – убивали друг друга пехотинцы двух больших отрядов, сошедшихся в смертельной битве. По всему выходило – эти наблюдатели делали ставки на победу или гибель воинов!!!

Смотреть на хана было одновременно и страшно, и жалко. Растерянный старец бессчётное количество раз вздымал во взгляде гневный огонь и тут же гасил его прикрытыми веками. Хасанбек же попросту ушёл в себя. Заворочался, не находя удобного места и позы, белый зверь. Заскулил. Защемило у Хасанбека под левой лопаткой.