Кусмэ Есуг нарушил затянувшееся молчание:

– Видишь, о Великий Хан… Небо на твоей стороне… Оно заранее, нашими устами, предостерегало… об этой преграде на твоём пути… Предупреждённый вдвое сильней и наполовину победитель… Не так ли?.. – Кусмэ Есуг учтиво поклонился Повелителю. – Теперь ты понимаешь, что наши пророчества… и донесения твоей разведки… толкуют об одном и том же… Осталось немногое… победить этого врага.

– Вы уверены, что это именно ВРАГ? – наконец молвил хан.

– Несомненно… – склонили головы оба советчика. – Это войско ведёт очень молодой, но… весьма мужественный царь… ещё никто на свете не мог одолеть его.

– Никто?.. – Потрясатель Вселенной искривил губы в презрительной ухмылке. Хасанбек мысленно продолжил: «Это потому что он Чингисхану доселе на зуб не попадался!»

…Ввиду неотвратимого приближения враждебных чужаков, первейшим занятием становилось исполнение благодарственного ритуала. Умилостивить богов – что для воина может быть важнее перед битвой?

Для этого непременно полагалось сложить Обо – святилище в виде кучи камней с закреплёнными на вершине её копьями и шестами, увешанными ритуальными лентами. Однако вокруг простиралась равнина, поросшая травой, и в поле зрения – ни о каких камнях для Обо не могла и речь идти. Пришлось посылать одну тысячу всадников на поиски камней… Вскоре первые собранные валуны, выбеленные ветрами и солнцем, легли на траву в месте, избранном лично Чингисханом.

Один за другим сновали собиратели, росла гора камней, разысканных и доставленных ими. Побелевшие глыбы укладывались горкой, и очень походили на ритуальную кучу черепов. Они служили напоминанием богам: после дарованной божественным благорасположением победы в грядущей битве – воины принесут истинную жертву, сложив ещё большую кучу из отрезанных голов побеждённых. На вершине горы собранных камней монголы воткнули несколько копий и шестов. Длинные ленты затрепетали на ветру, точно как люди, которые всю жизнь трепещут в ожидании волеизъявлений богов.

Затем Чингисхан распустил* пояс и, тщательно расправив, повесил его себе на шею. После этого снял с головы шлем,* отороченный мехом барса, закрепил на поясе. Ударяя ладонью в грудь, он девять раз преклонил колени и совершил возлияние кумысом.

Застыл на некоторое время, прислушиваясь к голосу Неба… Должно быть, получил ответ – мольба Великого просто не могла остаться безответной! – вновь повязал пояс, надел шлем и необычайно ловко для своих лет запрыгнул на коня.

На гарцующем от возбуждения иноходце Повелитель проскакал перед выстроившимися колоннами воинов – туда, обратно и вернулся к середине.

Великий Хан остановился и принялся зычно вещать, обращаясь ко всем сразу:

– Слушайте меня, мои доблестные соратники! Много воды утекло с того дня, когда Небо повелело мне завоевать мир и править всеми народами, и во исполнение небесной воли я поднял Белое Девятихвостое Знамя. На следующий же день было мне видение. Явил предо мною свой лик бог войны Сульдэ и среди многих прочих откровений научил создать Тугургха цэриг – свою верную гвардию… Это вы, преданные мне нукеры дневной и ночной стражи, для спокойствия моего тела и души оберегали кругом мою ставку в дни и ночи дождливые и снежные, знойные и ветреные, равно как и в час тревог и битв с врагами… Во многом благодаря вам достиг я великих успехов, поднялся выше всех земных людей! Завещаю же потомкам смотреть на вас, моих телохранителей, моих гвардейцев, как на величайший памятник обо мне. Повелеваю тщательно заботиться о вас, не возбуждать вашего неудовольствия и считать вас благодетельными духами… Моя кончина была мнимой, обманной уловкой! Мой Путь Военачальника не оборван, он длится! И я призываю вас отправиться со мною в новый поход! Исполнить свой воинский долг, пребывая и далее моей непобедимой армией… Нет предела доблести и отваге нашего войска! Сегодня мы вновь выходим на опасный путь, который неминуемо приведёт в объятия Смерти. Но достойным воинам он подарит неувядаемую Славу… и позволит влиться в ряды грозной Облачной Орды! Слышите, мои багатуры?! Я верю, среди кэкэритэн недостойных НЕТ! Я лично буду просить Вечное Небо за каждого из вас. И клянусь, что пройду с вами каждый шаг этого похода под неотступным взором Ока Неба!..

Я сказал!!!

Громогласный одобрительный рёв тысяч глоток был ответом Чингисхану.

Полководец, за которым воины следуют по убеждению, а не просто вынужденно подчиняясь ему, – уже на четверть выиграл любую битву. Военачальник, которого его войско любит – победил уже наполовину.

– …недавно вы слышали из уст гонца разведчиков, что на нас идёт целая армия незнакомого воинственного народа… – продолжил Чингисхан. – Непокорённых народов земных оказалось гораздо больше, чем я полагал… Копья нового врага так длинны, что задевают собой облака! Но разве что-нибудь на свете способно испугать доблестный Чёрный тумен?!

– Не-е-ет!!! – громыхнуло над бескрайней степью.

– Так выступим же, не мешкая! И пускай Сульдэ решает, достойны ли мы победоносно шествовать по этим новым землям, на которые его воля нас привела! Вперёд, мои могучие барсы! Хур-раг-гх-х-х!!!

Взвилась длинная ажурная плеть. Ожгла бок скакуна.

Иноходец Джуггэ взвился на дыбы. Заржал, показывая Небу воинственную улыбку-оскал. Несколько раз ударил копытами передних ног по податливому воздуху и опустился на землю. Подсел… И, наконец, рванув с места, выбросил обе передние ноги далеко вперёд. Почти одновременно взрыл ими почву, завершая прыжок.

Первый шаг!

Первая песчинка, оброненная на оглушительно пустынную поверхность нижнего отделения песочных часов.

Новый отсчет времени на шкале Вечности.

Первый шаг по нескончаемой тропе Военного Похода. Сделал его стремительный хурдум хуба Джуггэ, подаренный Великому Хану старшим сыном Джучи. Тайна смерти которого так и останется неразгаданной где-то там, позади, в прошлой жизни… Сохранил конь, сам того не ведая, жизнь хану – унёс на себе от злобных демонов, стелившихся по следу. Теперь же – уносил по новой тернистой тропе навстречу желанным победам.