Наступило молчание; все обдумывали слова Мормореля.

– Сообщение, что Клейпурр получает сильную иностранную помощь, может способствовать вдохновению и решительности наших солдат, - сказал Гораззоргио.
– Их давно уже удивляет неспособность армий Союза покорить крошечную упрямую Картогию.

– Но что могут эти существа искать в наших землях?
– с сомнением спросил Эскендером.

– Никакие догадки нам тут не помогут, - ответил Морморель.
– Но каков бы ни был ответ, разве не может то, что дает Картогия, предложить и Кроаксия, с ее большей территорией и более многочисленными рабами и рабочими? И мы можем предложить владельцам драконов не только то, что дает Клейпурр, но и гораздо больше.

– Мммм...
– Эскендером откинулся и задумчиво потер подбородок. Его образные контуры блеснули.
– Если помощь драконьих существ так важна для маленькой Картогии, то Кроаксию она сделает...

– Непобедимой, - закончил Френнелеч.

Морморель увидел, что его поняли. Он медленно удовлетворенно кивнул и провел взглядом по лицам собравшихся.

– Непобедимой не только по отношению к Картогии... но, если возникнет необходимость, и относительно Серетгина, Корбеллио, Мунаксиоса - всех!

Снова наступило молчание. Затем Френнелеч голосом, неожиданно обретшим уверенность, провозгласил:

– Очевидно, это предначертано божеством! Сам Жизнетворец посылает своих драконьих существ из-за Барьера, чтобы нести Истинную Веру во все углы мира роботов. Мы избраны пользоваться этим инструментом Истинной Веры, а Клейпурр, вдохновляемый своим Темным Хозяином, пытается перехватить его у нас. Мы должны вступить в контакт с драконьими существами и узнать от них, что Жизнетворец приказал им искать. Так Он решил открыть нам Свою волю.

Эскендером посмотрел на Скериллиана.

– Ты увидел или услышал что-нибудь о том, что нужно этим драконьим существам от Клейпурра?

– Нет. Но это не было моей целью.

– Тогда пусть отныне это станет твоей целью, - объявил Эскендером. Ты должен немедленно вернуться в Картогию и выяснить, что требуют драконьи существа в обмен на свою помощь. Ты наделяешься полномочиями говорить от имени кроаксийской короны и должен выразить наше желание к прямому диалогу. Ты имеешь право делать любые предложения, чтобы обеспечить такой диалог.

– Я немедленно начну подготовку, - сказал Скериллиан.

– Один из твоих офицеров тоже должен отправиться, - сказал Эскендером Гораззоргио.
– Скериллиану может понадобиться помощь опытного военного. К тому же я хотел бы услышать мнение профессионала-солдата, который смог бы лично увидеть этих драконьих существ.

– Прошу королевского разрешения самому сопровождать Скериллиана, сразу ответил Гораззоргио. Эскендером нахмурился, взглянул на недостающие глаз и руку. Гораззоргио заметил это.
– Я смог вернуться из Меракасинской пустыни, один и раненый; конечно же, я выдержу, когда буду не один, верхом и после выздоровления. И Скериллиан не будет подвергаться опасности: мой личный интерес в этом деле придаст мне духовных сил, чтобы возместить потерю физических.

Эскендером некоторое время смотрел на него, потом сказал Скериллиану:

– Решай сам, потому что рисковать придется тебе, а не мне. Внушает тебе Гораззоргио уверенность в качестве спутника? Говори свободно, шпион. Сейчас не время, чтобы личный страх мешал принятию разумных решений.

– Шпиона не должны видеть и слышать, - ответил Скериллиан.
– В этом деле склонность к безрассудной смелости не помощь, а помеха. Но у Гораззоргио есть все основания быть осторожным. Я вполне верю в успех нашего сотрудничества.

Король еще недолго смотрел на него, потом кивнул.

– Да будет так.
– Он встал, спустился по ступенькам с трона, потом остановился и взглянул на верховного жреца.
– Тебе следует молиться об их успехе, - сказал он, повернулся и вышел.

23

Все равно что оказаться в могиле, подумал Каспар Ланг, или в ледяной пещере в глубине ледника, куда не проникает свет.

С отлетом Замбендорфа и его команды на корабль стало просторнее, дипломатическая деятельность Жиро в Генуе упорядочилась, и Ланг получил возможность побывать на поверхности и лично ознакомиться с происходящим. Он видел невероятную путаницу машин и заброшенных сооружений, окружающих базу и уходящих за пределы освещенного пространства; видел призрачные очертания странных выращенных городских домов и больших зданий из льда вдоль дороги к резиденции Артура - кстати, она была названа, конечно, Камелот; видел закутанных в проволочную одежду двуногих роботов и другие машины, которые собирались на краях освещенного пространства и смотрели на базу. Теперь он неудобно сидел в просторной ледяной комнате в Камелоте, в которой даже находился большой стол, правда, не круглый. Похожие на гигантских вставших вертикально насекомых в слабом свете двух ламп, установленных инженерами САКО, Артур и несколько других талоидов сидели напротив, а Жиро, Зельцман и остальные земляне выглядели так же сверхъестественно и гротескно в своих гладких машиноподобных скафандрах. Мебель странной формы, это все псевдоовощи талоидов, а стены, далекие и еле видные, увешаны плетенными из проволоки занавесями и причудливыми рисунками из металла и пластика. Переговоры продолжаются уже несколько часов.

– Скажите им, что они неправильно поняли, Конрад, - услышал Ланг в своем шлеме голос Жиро, доходивший на местной радиоволне.
– Мы не собираемся их эксплуатировать или платить слишком дешево за их работу. Всякий, кто стремится к экономическому процветанию, должен работать для этого, как мы на земле. Ничего бесплатного не бывает.

Зельцман щелкнул переключателем, переводя его слова в другой аудиоканал, который был соединен с забитым электроникой ящиком на столе перед ним.

– Простите, - сказал он, - вы не поняли. Земляне не хотят эксплуатировать труд талоидов. Титан должен трудиться для своего процветания, как трудится для этого Земля.