– Хорошо, я готов вас выслушать, — хозяин кабинета сел в кресло и сложил руки, будто прилежный ученик.

– Вначале хочу обратить ваше внимание, на рапорт одного из офицеров свиты. Почему-то о нём уже забыли или не уделили должного внимания. А там есть ответ, почему сопровождение императора прозевало выстрел Каракозова, — после этих слов Шереметев поморщился, но промолчал, — Лейб-конвой, офицеры и свита смотрели на Его Величество, а не на толпу. Это глупейшая ошибка, которую почему-то не хотят учитывать составители инструкции Охранной стражи.

Делаю небольшую паузу, ожидая возражений или комментариев, но собеседники задумчиво молчат. Значит, буду умничать, хотя это точно не моя тема.

В итоге выдаю двум молодым да ранним начальникам, допущенным к монаршему телу. В первую очередь о проработке маршрута, обязательном наличии двух или трёх одинаковых карет в кортеже, дабы сбить с толку террористов. Пока нет необходимости дублировать сам кортеж. Но предложил подумать об этом в будущем. Пока же атаки террористов могут происходить в месте, которое решил посетить император. Возможны нападения по ходу движения, но реальной опасности они не представляют. В любом случае, необходимы агенты, которые будут заранее осматривать местность, и выискивать разные подозрительные элементы. Общее оцепление тоже не помешает, дабы толпа, собирающаяся при каждом выходе монарха в народ, располагалась на безопасном расстоянии. Далее расписал порядок действия в случае, если нападение произошло. Тут пригодились уже мои собственные навыки, как прежней жизни, так и нескольких засад, которые мы устроили мятежникам.

Беседа получилась интересной, и постепенно оба вельможи включились в обсуждение. Слуга два раза приносил самовар и приносил новые листы бумаги, так как мы исписали все, что было в кабинете. Именно так и была написана первая инструкция и частично устав Охранной стражи ЕИВ.

– Но всё это будет бесполезно, если Его Величество откажется заботиться о собственной безопасности. Мне этого не понять, поэтому я надеюсь на ваше влияние на императора. Последние случаи показывают, что террор становится весьма действенным методом для решения различных проблем. Не знаю, почему убили французского генерала, но польские инсургенты добились своего, застрелив посла фон Бутберга. Они показали, что в нынешнее время можно устранить фактически любую фигуру. Что на самом деле произошло в Лондоне, мне тоже неизвестно, — после этих слов я мысленно заржал аки конь, — Только сам способ устранения большого числа противников весьма показателен. На минутку представьте, что революционеры пронесли огромное количество взрывчатки в Большой театр и подорвали его. Император любит посещать премьеры с семейством, поэтому данное здание наиболее удобно для атаки. Более того, в этот день в театре находится практически вся верхушка империи, включая правящую фамилию, министров, главных русских богачей и аристократов. Вы только представьте, что ожидает страну в случае повторения лондонского сценария. Ведь разом может погибнуть династия и высшие чиновники.

А вот тут обоих вельмож проняло до самых печёнок. Слухи о количестве жертв, погребённых под Сент-Мартинс-Холлом, ходят разные. Английская пресса усиленно замалчивала этот важный момент. Но кто-то из родственников погибших поделился данными с французскими журналистами, чем вызвал очередную истерику в Европе.

— Это что? Получается, теперь придётся проверять все помещения, перед появлением там Его Величества? — озадаченно произнёс Шереметев и машинально закрутил правый ус, — Вы себе представляете, какая это огромная работа?

– На самом деле, хватит проверки самых посещаемых монархом мест. Их не так много. Думаю, что даже самые сумасшедшие фанатики не станут взрывать церкви или больницы. Или публичные заведения, где может погибнуть много простых людей. Это оттолкнёт от революционного движения большую часть сторонников и сочувствующих. А вот Зимний, резиденции правящего семейства, министерства и прочие государственные здания, я бы непременно проверял. Либо занялся их нормальной охраной, плюс натренировал тайных агентов, которые должны осматривать помещения перед приездом монарха. Есть у меня ещё одно предложение, тоже достаточно трудозатратное, которое вам не понравится. Поэтому предлагаю провести игру по типу армейских учений. Только прошу предупредить заранее Его Величество. Не хочу опять загреметь на «губу».

После этой сентенции оба начальника начали хохотать и долго не могли остановиться. Люди военные, и юмор у них специфический.

– Кстати, очень интересная идея насчёт манёвров, — произнёс Шувалов, — Надо сказать, что ваш давешний эксперимент на самом деле весьма полезная вещь. Он позволил выявить достаточно упущений в охране Зимнего. Именно поэтому и удалось уговорить императора отпустить вас и не применять более строгих наказаний. Может, предложите новые идеи?

– Если мне выделят группу солдат, которая сейчас находится в распоряжении подполковника Лосева из ОКЖ, то у меня есть задумка. Давайте проведём испытания эффективности лейб-конвоя?

– Иосиф Янович, вы меня пугаете, — усмехнулся Шереметев, — Вы предлагаете провести учения, когда Его Величество находится на выезде? Но это невозможно и чревато непредвиденными эксцессами. Мои казачки шуток не понимают и могут отреагировать очень жёстко.

– Очень хорошая идея. Император любит охоту и часто на неё ездит. Значит, по пути кортеж может подвергнуться нападению. Вот и давайте устроим проверку. Конечно, в каретах никого не будет. По пути следования, задача ваших казаков — обнаружить засаду, а наша — незаметно атаковать. Заодно не мешает провести учения в условиях городской застройки. На ограниченном пространстве, и с учётом трудностей в обнаружении засад, можно выработать у лейб-конвоя нужные навыки.

Думаю, что оба чиновника восприняли моё предложение, как некую забаву. Может, скучают товарищи. Только оба сразу загорелись идеей и пообещали полное содействие со стороны Лосева. В итоге меня оставили на обед, после которого совещание продолжилось. Я особо не умничал, предпочитая подводить собеседников к мысли, что многие идеи придуманы ими в результате обсуждения. С подобными товарищами надо дружить. По сути, сейчас это два наиболее приближённых к императору человека. Он доверяет им самое главное — свою жизнь.