– Ну, входи. – Женщина провела Ксюшу в зал, где громко работал телевизор, а в старом кресле лежало незаконченное вязание. – Рассказывай, что тебя ко мне привело. Хотя догадываюсь. Парень?

Ксюша закивала и заморгала.

– Угу.

– Бросил…

Снова кивок.

– Надо отомстить.

Кивок.

В течение следующих тридцати минут Ксения рассказывала Аиде Васильевне, какое желание хотела бы воплотить в жизнь. Женщина внимательно выслушала, кивая и прикидывая в голове, как это всё должно происходить, а в конце сказала:

– Выполнить твою просьбу я, конечно, могу… но проблема в том, что необходимо женское тело для обряда.

– Прямо сюда?

– Нет! – Аида Васильевна махнула рукой и встала с дивана. – Фотографии мне их нужны. Он – есть. А Она где?

– А Она у меня есть, мам.

Из кухни вывалился здоровый парень. Ксения руку к груди прижала, поскольку не ожидала увидеть в доме мужчину.

– Только не говори, что это…

– Да, мам, это она. Хватит с меня. Пришло время мстить по-чёрному.

Аида Васильевна дала сыну и Ксении время подумать до полнолуния. После чего она провела обряд над фотографиями бывшего парня Ксении и бывшей девушки её сына Ромы.

Они согласились, потому что не знали, что колдовской обряд старой гадалки Аиды Васильевны или, как она сама себя называла, потомственной ведьмы Аиды был необратим.

– Фалев? – в дверной проем сунулся нос моего друга и коллеги Серёги. – Ты один? Не занят?

Я поднялся с кожаного кресла, деловито застёгивая пуговицу на своём пиджаке. К роскоши мне ещё предстояло привыкнуть.

– Входи, конечно. Что за вопросы?

И когда Серёга вошёл, то стало ясно, к чему были эти вопросы. Шампанское в его руке так и кричало: «Поздравляю, Андрюха!»

– Ну, всё, ты теперь без пяти минут президент компании, – довольно начал он, откручивая пробку у бутылки. – Сам Бесов пыхтел от злости, как паровоз. Он не ожидал!

– Пока ещё только вице-президент. До президента надо будет слегка попотеть. Бесов мечтал заполучить акции Личутина. К счастью, Личутин – мой друг, а его не его. И, разумеется, предложение приобрести пакет акций поступило именно мне… Неофициально.

– Помню, помню, – улыбался Сергей. Бах! Пробка улетела куда-то в угол, а пена разлилась по столу. Хорошо, что пока пустому. Я заехал в новый кабинет только час назад. Серёга подал мне бокал. – Футбольный матч, пиво, разговор по душам и…

– …А не возьмёшь мои акции, Андрюх? – закончил я, и мы в голос рассмеялись.

Серёга присутствовал при том разговоре. Сначала мы говорили в шутку, но затем разговор принял другой поворот. Печальный. Личутин узнал, что неизлечимо болен и уже не видел смыла ни в работе, ни в чём-либо ещё. Его десять процентов акций решили мою судьбу. Теперь и у меня имелся пакет, дающий возможность дышать Бесову в затылок. Это означало, что если я поднажму, то смету Бесова с его кресла. Всего-то выкупить двадцать процентов и дело в шляпе! Найти бы ещё денег на это…

– Мы собираемся в «Пропаганде» после работы. Имей в виду, ты – гвоздь программы, ибо ради тебя мы сегодня и будем пить.

Я сухо посмеялся. У этих ребят без выпивки и гулянок жизнь не складывалась. Им лишь бы повеселиться.

– Давай, брат, – Серёга чокнулся о мой стакан, – бери свою Ксюху, и проведём отличное время.

– Я расстался с Ксюшей, – вздохнул устало. Это случилось несколько дней назад, как раз в период оформления всех необходимых бумаг. Я думал совсем не о любовных амурах. Достала и всё!

– Да ну? – брови Сергея взмыли вверх от удивления. – Ты же говорил, что это серьёзно?

– Говорил…

– Ну так тем более! Ты теперь холостой почти владелец АО «Омега Плюс». Грех не отпраздновать такое дело!

И Серёга был прав.

Запыхавшаяся, добежала до «Центра фотографий имени братьев Люмьер» и, заприметив знакомое мерзкого болотного цвета пальто подруги, поспешила к ней.

– Танюх, прости, – рассыпалась в извинениях. – Руслана, сучка, опять задержала меня.

– Ты уверена, что «сучка» – Руслана, а не ваша беременная официантка?

– Обе хороши.

Я открыла дверь и пропустила Таньку вперёд, прям как джентльмен. Сама над собой посмеялась. Далее молча прошли к гардеробу, сдали верхнюю одежду; я вооружилась камерой, а Танька – своим новеньким айфоном. Мы заядлые любительницы разнообразных выставок. Каждый новый день – это новый поход на выставку. А сегодня я особенно возбуждена, так как питала исключительную любовь к историческому периоду через объектив легенды отечественной фотожурналистики.